…Убедившись, что Сэм вне опасности, Евгений буквально за руку вытащил Юлю из приемного покоя. Завтра они обязательно навестят Сэма, а теперь — домой! Усталость наваливалась тяжелым грузом, на время отодвигая все тревоги и волнения. Евгений чувствовал, что его едва хватит, чтобы довести вертолет до Сент-Меллона и кое-как объясниться с Василевской по поводу преждевременного возвращения. Хорошо еще, что она женщина спокойная, и ночные гости ее не напугают…
На следующее утро Юля, едва позавтракав, отправилась в Серпен. Евгений отказался сопровождать ее, и даже без особых угрызений совести проснувшись, он понял, что от вчерашних приключений будет приходить в себя еще сутки по крайней мере!
Впрочем, Юля не обиделась. А через несколько минут дверь осторожно приоткрылась и в комнату заглянула Василевская:
— Доброе утро, господин Миллер! Рада вас видеть! Может быть, что-нибудь нужно? Ваша жена сказала, вы плохо себя чувствуете…
Обозначив намерение приподняться, Евгений приветливо поздоровался с хозяйкой. Хорошо, когда о тебе так беспокоятся! И между прочим, о Сэме — в его-то «родной» больнице! — будут заботиться не меньше, так что Юля могла бы и не торопиться…
— Утренняя газета уже была? — поинтересовался Евгений у Василевской. Та кивнула, молча вышла и через полминуты вернулась с газетой.
С невольным волнением Евгений заглянул в раздел происшествий. Ну, что там? Не возникло ли у полиции каких-то подозрений? Не заметил ли кто-то из водителей на шоссе движение под обрывом?
Нет, все было нормально. Авария прошла "на отлично" — если только можно сказать так о кошмарной катастрофе… Евгений невольно вздрогнул, вспомнив вчерашнюю ночь! Но так или иначе, а на неопределенное время Сэм в безопасности. Может спокойно болеть, выздоравливать, отдыхать душой и наслаждаться вниманием бывших коллег.
Но что делать потом? Надо же как-то устраиваться, привыкать… Вот и Василевская сейчас поинтересуется, зачем они приехали, если решили уже перебираться в столицу…
И словно подтверждая эти раздраженно-растерянные мысли, Василевская спросила:
— Вы надолго, Евгений? Пока не поправится ваш приятель? Или вообще до конца отпуска?
Василевская знала, что Евгений в отпуске до Рождества — правда, он собирался уехать раньше, но теперь это уже не актуально. Теперь вообще нет смысла уезжать: лучше остаться здесь, в привычных местах, поближе к замку Горвича, где оптимальный для связи с Тонечкой меридиан, и ставшие уже родными горы…
— Я не собираюсь уезжать, госпожа Василевская, — спокойно сказал Евгений. — Так уж получилось…
Она растерялась:
— Но ведь вы… Ведь есть уже новый куратор! Или вы снова замените его? Что, случилось что-нибудь?
— Ничего не случилось, — еще более спокойно, но как-то заморожено сказал Евгений. — Просто я больше не работаю в СБ, так что ничем не помешаю новому куратору…
Несколько секунд Василевская ошарашенно молчала, потом поднялась, вышла… и вскоре появилась с нагруженным подносом. Евгений уловил аромат своего любимого цветочного чая.
— Хорошее средство, чтобы успокоиться, — заметила Василевская, расставляя посуду, — особенно когда других все равно нет! Так что же все-таки произошло? Только не говорите мне пожалуйста, что ушли со службы по собственной воле!
— По собственному упрямству, госпожа Василевская, это будет точнее, вздохнул Евгений. — По собственному упрямству…
— Но вы тем не менее хотите вернуться!
Фраза прозвучала не вопросом, а утверждением, почти вызовом. Евгений удивился:
— Почему вы так думаете?
— Иначе вы уехали бы отсюда, — просто объяснила Василевская. — По крайней мере, мне так кажется…
Евгений усмехнулся про себя. Уехал бы… И сразу оказался бы беззащитен перед бывшими коллегами — главным образом, перед беспощадным любопытством Гуминского! Да и без его указаний любопытных хватило бы: живет бывший исследователь в компании двух эсперов — ну просто сам бог велит приглядывать… А так — пусть попробуют!
Всю агентуру в окрестностях Сент-Меллона он знает, как свои пять пальцев, сам нанимал! Новых осведомителей быстро не найти: кандидатов мало, слухи просачиваются, да и не смогут любители наблюдать за профессионалом, пусть и бывшим. Приезжие тоже не в счет — в такой глуши каждый новый человек на виду. Значит, по крайней мере полгода можно не опасаться, что о попытках установить контакт с Тонечкой станет кому-то известно…
— Вы останетесь жить у меня? — без особой надежды спросила Василевская. — Или нет?
Собственно, об этом Евгений еще не думал. Конечно, неплохо было бы остаться — где он еще найдет такую квартирную хозяйку… Но здесь, в Сент-Меллоне, его слишком хорошо знают — придется либо напрашиваться на жалость, либо врать на каждом шагу… Правда, вранья все равно не избежать, но вообще-то хотелось бы поменьше этого «удовольствия»! А так при одной только мысли о возможной встрече хотя бы с Алиной, Евгению становилось нехорошо…
— Наверное, мы переберемся в Серпен, — отозвался он. Мысль возникла только что, но показалась удачной. — Юля сможет снова работать в больнице, ну а мне вообще везде легко устроиться…
