— В больнице ее встретят с распростертыми объятиями, — суховато заметила Василевская. — Похоже, они там оценили эсперов, только расставшись с ними. Но имейте в виду, что в Серпене нет аэродрома. Там нет даже нормальной автостоянки — куда вы денете свой вертолет?!
Евгений потрясенно уставился на Василевскую. Насколько он помнил, она всегда боялась любой техники, от компьютера до кухонного миксера! И вдруг такая трогательная забота…
— Ну, буду хранить его здесь, в аэропорту. Теперь он не будет нужен так часто… а изредка его можно и возле дома оставить, — легкомысленно отозвался он.
— Возле дома? — переспросила Василевская. — Да кто же вам разрешит? В моем бы саду кто-то попытался поставить этот кошмар…
Евгений слегка растерялся — замечание было вполне резонное. Не найдет он в Серпене частный дом, возле которого можно запросто ставить вертолет! Разве что снять один из коттеджей на самой окраине, за гостиницей. Мерзкое, конечно, место — но полгода или даже год можно прожить где угодно…
Вслух Евгений сказал:
— Извините, госпожа Василевская, но я о многом еще просто не думал всерьез. Все это так неожиданно свалилось…
Та поняла намек и вздохнула, поднимаясь.
— Ну, не буду вам мешать! Размышлять, конечно, лучше в одиночестве…
Если бы она представляла, насколько Евгений не знает, о чем размышлять! Как можно думать о будущем, когда оно так мало от тебя зависит?! Ситуация с самого начала складывалась так, что не было смысла загадывать: что получится, то и получится! Когда жертвуешь всем ради буквально! — призрака, то не стоит требовать гарантий…
Сэм вышел из больницы в начале декабря. К тому времени жизнь "в доме на выселках", как неделикатно назвала Юля их новое жилье, понемногу наладилась. Евгений нашел несколько приработков в разных городах впрочем, для программирования по модему расстояния не имели никакого значения. Устраиваться на постоянную работу он не хотел ни в Серпене, ни в Сент-Меллоне — его прекрасно помнили как куратора СБ, и ему не хотелось разрушать сложившийся образ.
Юля и Сэм с удовольствием возобновили работу в больнице. Похоже, нынешнее состояние вполне их устраивало. Казалось, вернулась прежняя общинная жизнь — и они откровенно наслаждались этим, несмотря ни на что! Вскоре Евгений не без внутреннего раздражения понял, что они готовы провести таким образом хоть всю жизнь — с ощущением мистики, в бесконечном замершем поиске, создав свой собственный мир и оградив его от любого вторжения. И возможно, это их невольное духовное творчество даже каким-то образом помогало Тонечке. Возможно…
Но ведь Евгений стремился совсем не к тому — требовалось в первую очередь установить контакт с астралом: ведь они, пусть и далеко, но "на одном меридиане"! Самый верный способ — убийство с помощью управления случайностями — не подходил совершенно, но кто сказал, что этот способ единственный? Ведь астрал, как бы эфемерно ни было его существование, все же информационно независим, и значит, с ним можно нормально общаться!
Да, но как выйти на связь? Через сны? Каждый вечер трое друзей вспоминали Тонечку, «настраивая» свои мысли соответствующим образом. Но это не давало результатов, и в конце концов они вынуждены были прекратить попытки — с каждым повтором воспоминания словно бы обесценивались, и разговоры все больше напоминали фарс.
Можно было вспоминать наедине с собой, используя аутотренинг, и каждый пытался делать это, но — увы! — безрезультатно. Тонечка не слышала… или просто не откликалась?
Накануне Рождества Юля напомнила Евгению о давно запланированном визите к ее родителям — и он едва не застонал от досады! Черт возьми, он уже давно забыл об этом! Ну почему все так не вовремя! Нет бы познакомиться с ними раньше — "во всем блеске", так сказать… А теперь что? Как себя держать, о чем рассказывать? О бесславном бегстве из СБ?
— Постарайся показать, — невозмутимо ответила Юля в ответ на его эманацию, — что работа программиста — занятие более респектабельное, чем исследователь СБ.
— Как?!
Юля улыбнулась:
— Это будет совсем не сложно, уверяю тебя…
Евгения несколько успокоила ее уверенность. Да и вообще — так ли важны отношения с ее родителями, чтобы волноваться из-за них?
Гораздо больше Евгения тревожило то, что Сэм на целую неделю останется один. Пустой дом — хорошая приманка, и если СБ наблюдает за ними, лучшей возможности не найти! Конечно, Сэму ничего не грозит, но вот рабочие материалы, бумаги Тонечки… Немного подумав, Евгений решил взять все документы с собой — даже если бывшие коллеги вконец обнаглеют, то все равно останутся с носом!
…Успокоить родителей Юли действительно оказалось несложно. В кругу, где она выросла, излишества не одобрялись — и интеллектуальные в том числе. Так что никто не удивился тому, что Евгений решил сменить «ненадежное» занятие исследователя парапсихических явлений на более солидную специальность. Евгений только диву давался — как Юля могла стать тем, кем она стала, в таком вот обществе?! Или парапсихические способности оказались сильнее воспитания?
