– Мария, – ускорился Валера, – ключ от второй вожатской у меня взяли.
– А мы ничего, вот ягоды ищем.
– Говно не найдите в потёмках. Да и на сучок нарваться без фонарика можно. А вот насчёт курения... Вспомнили...
– А...
В кустах зашептались, потом видимо решив, что дымить лучше цивилизовано, выползли и устремились к корпусу две тени.
Валерка не торопясь двинул следом. Спешить было некуда. Он примерно представлял, сколько надо времени курильщице, чтоб исполнить ритуал, а потом чинно пойти в сортир по своим бабьим вечерним делам.
Вот к этой-то минуте он и появился.
– Закругляемся. По второй не начинаем. Я – не мамка. Передатки таскать не буду. А самосад тут не растёт.
Девки по одной рассасывались. Через минут семь Светка Морозова передала ключ.
– Пятнадцать минут на всё про всё и гашу свет.
Вышло двадцать. Может даже двадцать пять. Кому-то вздумалось мыть волосы, Деревянко носилась в такой короткой ночнушке из комнаты в комнату, что хоть в «Плейбой» помещай. Она, видите ли, маникюрный набор оставила где-то, а где – не помнит. Наконец все улеглись и лампочки волевым решением прекратили своё мерцание под потолком «номеров».
Валерка вписался в вожатскую, задвинул шпингалетину, стащил через голову свой синий свитер и, скинув кроссовки, подсел к Катерине на кровать.
– Вроде отбились. Ты как за день, умоталась?
– Да нет терпимо.
– Может и нам того... Мы тут как, как муж и жена или...
– Валер... Ты, конечно хороший парень, но...
– Всё, понял, не продолжай. Вроде как есть и другие кандидатуры. Сашка, да?
– Ну, ты ж всё понял. Не ревнуй, ладно?
– Пока нечего ревновать. Для ревности нужны отношения. Друзьями ведь мы можем остаться, не так ли?
– Да не вопрос.
– Мне теперь во вторую вожатскую идти?
– Да зачем? Ты – на своей койке, я – на своей.
– Тогда – спокойной ночи?
– Ага. Спокойной.
Они ещё, конечно, поговорили. И о девчонках, и о планах, и о том, как ловко вышло и со второй вожатской и с дежурством. А на следующее утро предстояло самое ответственное – давать отряду имя.
Имя отряда – это как у корабля. Как назовёте – туда и путь держать станет. Хотя, до имени ещё предстояло добраться. День начался не с него. А с новенькой. Не успел Валерка ещё толком проснуться и дойти до мужского туалета, чтобы совершить там утренний моцион, как:
– Здрасте, я, наверное, к вам...
– Угу, здрасте. Ты откуда?
– С автобуса. С трассы. Я на первом рейсе приехала.
Перед ним стояло юное существо с пучком светлых волос на затылке, слегка угловатое, ещё не окончательно оформившееся, но всё же довольно симпатичное. Дорожные розовые полукеды с носочками, салатная миниюбка, футболка с чем-то размазанным, чуток косметики, так, чтобы не для отпугивания вампиров, а для припугивания вот таких, как он.
– Я Анна Батурлина. Мне в первый отряд.
Уже слышанная ранее фамилия произвела на Валеру эффект выведения из ступора. Он взял в руку полотенце, до этого переброшенное через плечо, и показал на двадцать первую:
– Тебе сюда. Девчонки на тебя место уже заняли. Сейчас умоюсь и поговорим. Я постучу.
Девушка мило улыбнулась, и, войдя в дверь, аккуратно прикрыла её за собой.
Валерка помахал головой, отгоняя остатки сна и, похлопав лишний раз по карману шорт, куда сунул зубную щётку с пастой, двинулся в умывалку. Анна Батурлина, значит. Непростая фамилия. Самое интересное, что девушка как-то вписывалась в неё. Хотя имя «Анна»... Нет, она была не Анной, и не Аней, и уж, тем более не Нюркой. Анечка? Близко, но не то... Анночка. Вот! Это было стопроцентное попадание, как и «Николя» для вожатого третьего отряда.
Умывшись и приведя себя в порядок, Валерка растолкал Катерину. Скоро пионерок будить, а у неё ещё глазки не размыкались. Оставив девушку вылезать из-под байкового одеяла, Валерка натянул через голову свою тёмно-синюю футболку и вышел в коридор, к двадцать первой.
После лёгкого стука в дверь, новая девчонка выпорхнула в коридор.
– Я слушаю.
– Пока есть немного времени, спрошу просто формальности – дату рождения, место жительства, школу, класс, ФИО родителей.
– Записывайте. – Она продиктовала. Девчонке было полных семнадцать. В его отряде кроме неё было еще несколько таких переростков. Это те, кто уже перешли в старший класс. Но у Анночки всё было иначе.
– Я не в школе. Я работаю. Модисткой. А родителей нет, живу с двумя бабушками. Их данные нужны?
– Как нет родителей?
– Вот так. Нет и всё. Можно сказать – в другом городе. Да я взрослая. А бабушки старенькие. Соседки за ними присматривают, пока я в лагере. А живу...
Она назвала адрес, а Валерка записал. Как-то всё было немного не так. Девушка семнадцати лет не может одна работать и кормить двух бабок. Или может? Ну, у бабок были пенсии. Вот он был студентом, да, он подрабатывал, но это так, на карманные расходы. А тут вот так.
– Хорошо. Буди девчонок, скоро на завтрак.
