– Не шевелись! – поднял он голос, обращаясь к вампиру. – Мне придётся тебя немного раздеть. Но не думай, что после этого я женюсь на тебе, мне жён уже достаточно!
Вампиры что-то проворчали, но я их уже не слышала. Отошла немного в сторону от дороги и устремила свой взгляд на безграничные зелёные луга, которые соседствовали с лесом. Там, далеко, садилось солнце, опускаясь за тонкие тучи, и там, далеко, небо прояснялось, пропуская косые плотные солнечные лучи, которые падали на траву, окрашивая её в яркий, сочный цвет.
Мне предстояло ещё узнать Ронана, чтобы разобраться во всём, что происходит. И если он действительно монстр, то Луна всё равно накажет его. Если не сегодня, то завтра.
Непременно.
***
В пути Ронан выменял свой пиджак на простую рубашку и штаны у фермера, мимо дома которого мы проходили. В одном пиджаке на голое тело он выглядел весьма нелепо, а в фермерской одежде оказался вполне симпатичным, будто он и в самом деле странствующий бедняк. Я невольно улыбалась этой мысли, посматривая на него, и в конце концов Ронан недовольно спросил:
– Ну? Чего смеёшься?
– В этой одежде ты выглядишь, как свинопас на свидании, – хихикнула я.
– В таком случае свидание у меня с местной дояркой, – фыркнул он, и я обиженно поджала губы.
– В любом случае, это лучше, чем то, что было.
– Мне кажется, кто-то должен создать специальные сумки, чтобы волки могли носить в них сменную одежду, – Ронан погладил подбородок. – Мы могли бы сделать на этом неплохие деньги.
Я мало что понимала в такого рода делах, поэтому просто пожала плечами. Нам многое нужно было обсудить, но мне не удавалось сообразить, с какой стороны подойти и как вообще начать разговор. В доме Бейл женщинам вообще не позволялось начинать разговор первой, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы научиться давать отпор Ронану, отцу и даже вожаку стаи, отстаивать собственные чувства и интересы, которые с самого моего рождения мужчины вокруг ни в грош не ставили.
Но всё изменилось в тот момент, когда я поняла, что лучше смерть, чем такая жизнь.
– Не думай, что я просто буду верить тебе во всём, что ты мне скажешь, – наконец, произнесла я, чем вызвала удивлённый взгляд Ронана. Я вдохнула и смело встретила его взгляд: – Знаю, у тебя в рукаве с десяток объяснений всему, что произошло. Но я не поверю ни единому твоему слову. Если ты действительно любишь меня и действительно хочешь, чтобы мы с тобой были семьёй, тебе придётся сильно потрудиться. Меня не остановит то, что истинные не могут жить друг без друга. Я прошла через столько смерти подобных вещей, что это будет меньшим из возможных зол. И первое моё условие: ты ко мне и пальцем не притронешься до тех пор, пока не разведёшься с той вертихвосткой.
– Всё сказала? – мрачно осведомился Ронан.
– Нет, но сначала хочу узнать, что ты думаешь об этом.
– Я думаю, что сначала тебе нужно разобраться в том, что происходит.
– Однажды я уже попыталась разобраться. И это кончилось тем, что тот, кто должен был вытащить меня из кошмара, сам оказался моим кошмаром.
– Знаю, что ты долго будешь припоминать мне мою ошибку. Но ведь я же исправил её! Я ведь осознал, что ошибался и уже заплатил за это кровью.
– О волке говорят не слова, но его поступки. И твои поступки…
– Тебе мало моих поступков?! – вскричал Ронан. – Я получил за тебя пулю, вытащил тебя из лап кровососов, женился на тебе без благословения отца и привёл в дом, не считаясь ни с чьим мнением! Я всегда защищал тебя, Эмбер. Ни разу не усомнившись и готовый к самому худшему.
Он замолчал, а я ждала, почему-то чувствуя, что он не закончил. Ронан схватил меня за локоть и остановил, развернув к себе лицом.
– Эмбер. Что ещё я должен сделать, чтобы доказать тебе, что я не так плох, как ты думаешь?
– Разведись. Я должна быть первой женой. Единственной.
Ронан с выдохом поморщился.
– Минди – дочь друга моего отца. Она осталась сиротой, едва успев войти в брачный возраст, но, потеряв родителей, Минди потеряла и клан, и приданое… Если ты думаешь, что в твоей семье строгие нравы, то ты не знаешь клан Иккер.
– Почему… почему она потеряла клан? – нахмурилась я. – Если бы мой отец погиб, меня бы всё равно растили, как дочь… Да, не как родную, но меня бы не прогнали из дома.
Ронан сжал зубы и, засунув руки в карманы широких фермерских штанов, пошёл дальше.
– Минди не знала, куда идти, и потому пришла к нам, – продолжил Ронан. – Отец… Наши отцы были очень дружны, и мой отец предложил ей остаться у нас. Но по закону стаи мы могли принять её в клан только если она станет частью семьи.
– Ты женился на ней из жалости? – хмыкнула я. – Но это мало что меняет. Я не согласна быть второй.
– Эта связь лишь на бумаге, – ответил альфа. – Между нами нет ничего большего. Ни благословения луны, ни предков, ни даже скрепления союза первой брачной ночью.
– В самом деле? – сощурилась я, вспомнив, что наша первая ночь случилась ещё до того, как брак был окончательно заключён. – Хочешь сказать, ты ни разу к ней не прикоснулся.