Он — моя погибель.
— По-о-ль, — глухо произносит за секунду до очередного поцелуя. — Ты помнишь хоть что-то с той ночи?
Бам.
Мои руки замирают на его плечах, отчаянно боюсь изучать территорию дальше. Мысли путаются в клубок шерсти, которую хрен раздерешь без тяжелой артиллерии. Отворачиваюсь к окну, замечая, что время близится к вечеру. Моргаю, позволяя одинокой слезинке скатиться по щеке.
Схватив меня за подбородок, Артем заставляет взглянуть на него. Он смотрит долго, будто хочет понять для себя неизведанное. Я молчу, пытаясь на него не смотреть. Ну что я могу сказать? Что нажралась, как свинья, и ничего не помню о той ночи? Смешно.
Кивнув, словно сделал для себя какой-то вывод, он припадает к моим губам страстным поцелуем, заставляя забыть обо всем плохом на свете.
Есть только он, есть только я.
— Плевать, — отстранившись, слегка кусает подбородок, скользит языком по шее, заставляя кровь в венах бурлить. — Я все равно тебя не отпущу.
— Тем, — выдыхаю сквозь зубы, царапая его плечи ногтями и упираясь пятками в поясницу. — Пожалуйста.
— Нет, — усмехнувшись, Артем резко отстраняется и встает с кровати, оставляя меня одну в не пойми каком положении. — Я, конечно, козел, но не до такой степени.
— Я не понимаю тебя, — сажусь на кровать и смотрю на него снизу вверх.
— Ты в туалет хотела, — уходя от ответа, уходит на кухню.
— Да, ты прав.
Облокотившись о раковину, склоняю голову к плечу и тупо пялюсь на свое отражение в огромном зеркале. В голове не укладывается, что он отказался от того, что само плыло в его руки. И да, все именно так. Когда его руки ласкали мое тело, когда губы целовали мои, я плыла самым бессовестным образом. Мне до чертиков понравилось то, что происходило. И совершенно не нравится то, что я чувствую сейчас. Сплошное разочарование.
С одной стороны, я искренне ему благодарна. Кто знает, может, завтра мы разбежимся по разным берегам и забудем о существовании друг друга. А может, и нет… Но об этом мечтать не стоит.
— Скажи сыр, — слышу над ухом, закрывая за собой дверь в ванную и морщусь от яркой вспышки перед носом.
— Ты обалдел? — взвизгиваю, подпрыгивая на месте.
Еще немного — и я бы коньки отбросила от такого сюрприза. Немного отойдя от шока, поднимаю голову, чтобы взглянуть на этого сумасшедшего парня. Счастливая улыбка и блеск голубых глаз растапливают мое сердечко, и я улыбаюсь в ответ. Зря. Яркая вспышка моментально ослепляет глаза.
— Артем, — стону, запрокидывая голову назад и устремляя взгляд на трубы, что привинчены к потолку.
— Ты очень фотогенична, — шепчет, щекоча носом ухо.
И когда только успел подобраться ко мне?
— Я не люблю фотографироваться, — каюсь, грешна.
— Почему? Ты очень красиво получаешься, — не сдается он.
Отпустив меня и сделав шаг назад, снова наводит объектив камеры на мое страдальческое лицо. Ну за что мне это все? Показав язык, резко разворачиваюсь и бегу к кровати. Раз и я на ней. Услышав по радио любимую композицию, пускаюсь в пляс.
Волосы разлетаются по сторонам, безжалостно попадают в рот, когда я прыгаю. Подушки скачут вместе со мной, вызывая мой звонкий смех. Ощущение, что я парю, словно птица, в светлом небе. Мне слишком хорошо. Настолько хорошо, что я стараюсь не думать о том, что счастье не вечно. Поэтому решаю взять от сегодняшнего вечера все, что возможно.
Пусть в моей памяти останутся приятные моменты.
— Пол-ль, — сильные руки ложатся на талию, горячий шепот раздается в районе шее, вызывая мурашки.
Развернувшись к нему лицом, попадаю в плен его глаз. И в тысячный раз убеждаюсь, что вот она, моя смерть.
Проводив Полину, я возвращаюсь домой с придурковатой улыбкой на губах. Никогда бы не подумал, что могу растягивать губы настолько широко, что еще немного — и они достанут до ушей. На самом деле я уже и не помню, когда последний раз был такой счастливый. Одно знаю — в прошлой жизни было дело.
Полина не что иное, как мое личное внезапное безумие. Безумие, которое я хочу познать во всех мыслимых и немыслимых ракурсах. Безумие, которое свалилось как снег на голову и которым я хочу обладать единолично. Считайте меня мудаком, но я не желаю ни с кем делиться.
Делая крепкий чай на ночь в заварнике с ромашками, который мне подарила на новоселье Слава, объясняя это тем, что теперь я самостоятельный мальчик и должен все делать сам, начинаю прокручивать в голове сегодняшний день, проведенный рядом с Пол-линой.
