Запускаю файл. На экране всплывает маленькая серая панель. Кнопки и стрелки, как на CD-плеере. Быстрая перемотка. Вернуться к началу. Проиграть.
Треск встроенных динамиков. Громкий, слишком громкий. Я нашариваю регулятор звука. Не знаю, что это, – может, ничего особенного. Но если Либби с Эсме услышат, придется отвечать на неудобные вопросы. Могут даже из дома выставить. А тогда я потеряю след.
Может быть, там окажется что-то совершенно невинное и неинтересное: популярная песня или музыкальная дорожка, скачанная из Интернета. Но в динамиках раздается стук, словно кто-то двигает компьютер и проверяет микрофон. Потом – тишина. Я наклоняюсь к компьютеру и напрягаю слух. Как на спиритическом сеансе. Есть тут кто-нибудь?..
Есть.
Кто-то откашливается, прочищая горло. Звук приглушенный, но слышно, что кашель слишком низкий, не детский. Но и не мужской.
Во рту у меня пересыхает, сердце колотится.
Снова кашель, шорох одежды. И вдруг – голос. Поток слов так стремителен, что я едва разбираю их. Понимаю только одно – голос мне незнаком, но акцент – лондонский.
Ставлю плеер на паузу, перематываю назад и запускаю с начала.
