— … Душка особенная, — пробормотал он. — Хочешь сказать, новенькие такие же?
— О нет. Скорее всего, обычные девочки.
То, что они прошли всё подземелье без проблем — наш маленький секрет.
— Кстати, слышал о деревне за туннелем? — сменил я тему.
— О да! Драко! — оживился Гозо. — Ты сразу пошёл разбираться и что-то натворил?
Значит, Возума уже рассказал. Логично — считает Гозо частью руководства деревни.
— Кажется, перестарался, — признался я.
— Сомневаюсь, что ты так думаешь, — хмыкнул Гозо. — Они первые начали. Не парься.
— Мууаааа! — встряла Шикина. — Я тоже хочу драться с павуэрским рыцарем Харви!
Не лезь в разговор, пьяная эльфийка. И не приближайся — от тебя несёт как от винокурни.
— … В следующий раз дам тебе шанс, — пообещал я. — Хотя сомневаюсь — мы теперь друзья. Кстати, завтра я устанавливаю устройство для горячего источника. Хотите со мной?
— Я пойду! — подскочила Шикина. — Выросла за время путешествий! Покажу, какая теперь, наштавник!
Серьёзно? В таком состоянии? Ладно, но брошу, если будешь бесить.
— О, может Сетсуна тоже? — предположил Роппу. — Хотя не знаю, сможет ли…
— Эта боевая маньячка точно захочет, — кивнул я.
Теперь если откажу Сетсуне, Шикина поедет одна. А пьяная эльфийка без присмотра — рецепт катастрофы. Пусть едут обе, хоть время убьют.
— Эй, Нобу, — спросил Роппу. — Что за магическое устройство для источника? Первый раз слышу.
— Ой-ой, Роппу! — Гозо изобразил эксперта. — Очевидно же — выпускает горячий источник! Так, Нобу?
— Именно. Представь кувшин с бесконечной горячей водой. Ничего особенного, просто из подземелья.
— Хм, если ты так говоришь… — кивнул Роппу.
На самом деле это модифицированное Устье реки с настройками температуры. Могу даже сделать воду слабительной… Но не буду. Я же не садист. Ну, не всегда.
— Ладно, япошёл готовиться к завтрашнему, — поднялся я.
— Эй, останься! — предложил Гозо. — Всё равно уснешь, только с нами!
— Нет уж, спасибо.
Боюсь, если напьюсь, выболтаю секреты подземелья. Плюс не люблю горькое. Сок вкуснее. И сахар полезнее для мозга. Научный факт! На этой оптимистичной ноте я пошёл спать. Снова. В конце концов, сон — моя основная работа…
