В начале тысяча девятьсот тридцать девятого года Швейцария получила десять истребителей «Мессершмитт-109Д» с тремя пулемётами «мг-17» калибром семь и девяносто две сотые миллиметра, а в апреле начались поставки тридцати более продвинутой модели «109Е-1», вооруженной четырьмя пулемётами или двумя пулемётами и двумя пушками «мг-фф» калибром двадцать миллиметров, а затем пятьдесят «109Е-3», у которого были три пушки и два пулемёта в крыльях. Впрочем, поступали самолёты без вооружения и радиооборудования. Швейцарцы ставили своё аналогичное. В сентябре немцы напали на Польшу, но поставку самолётов нам не останавливали. Так понимаю, позарез нужна была валюта. Благодаря мне, Германия осталась без девяноста самых современных истребителей — в пятнадцать раз больше, чем я завалю немецких самолётов всех систем во время Второй мировой войны.
В конце марта мятежники захватили Мадрид. Первого апреля — хорошую дату выбрал! — Франсиско Франко объявил, что гражданская война закончилась. К тому времени почти все страны Западной Европы признали его главой Испании.
«Трёшку», как я называл последнюю модель «мессеров», облетал летом в Берне, прибыв ради этого из Канн, где проводил с женой и младшим сыном последнее предвоенное лето. На аэродром приехала правительственная комиссия во главе с нынешним главой государства Филиппом Эттером, выбритая наголо голова которого поблескивала, как новый биллиардный шар. Он юрист по образованию, но обожает учёных, особенно по точным наукам, то есть и меня тоже.
Я видел их издалека, сидя в кабине немецкого истребителя. Мне разрешили совершить индивидуальный полёт, после чего два звена тоже покажут, что умеют. Диспетчер с вышки дал команду на взлёт. По грядущей войне я знал, что при опущенных на двадцать градусов закрылках надо раза в два меньше дистанции для разгона, что и продемонстрировал. Пилоты, наблюдавшие за мной, а среди них были мои ровесники с примерно таким же опытом, позже скажут, что, увидев это, ахнули в первый и не в последний раз. Небо было чистое, небольшие облачка высоко, поэтому я показал, что умею, зрителям, причём не только на аэродроме, но и горожанам. По нынешним меркам машина, конечно, супер. Напоследок спикировал на комиссию после переворота, шуганув их малехо, а потом, как обычно, сделал ранверсман и благополучно приземлился. Судя по восхищённым взглядам зрителей, они теперь точно знают, кто самый лучший пилот в Швейцарии.
— Что скажете об этих самолётах? — поинтересовался Филипп Эттер, поглаживая левой ладонью своё лысое темя.
— Когда начнётся война, немцы пожалеют, что продали их нам, — предсказал я, точно зная, что не ошибся.
Уверен, что немцам сильно будет не хватать семи с половиной эскадрилий на Восточном фронте.
— Уверены, что начнётся? — спросил он с видом смертельно больного, который знает диагноз, но надеется на чудо.
— Ни для кого не секрет, что Германия сосредотачивает войска на границе с Польшей. Думаю, нападут в конце лета или начале осени, чтобы успеть до распутицы, — заявил я, отказавшись от роли сказочника-утешителя.
— Знать бы, кто станет следующим, — печально произнёс он.
— Северные и западные соседи Германии, включая Британию, — предсказал я.
— Думаете, справятся с ними со всеми⁈ — не поверил глава Швейцарии.
— Запросто, — подтвердил я. — У немцев сейчас одна из самых сильных армий в мире.
— А у кого ещё? — поинтересовался он.
— На первом месте СССР, на третьем США, — просветил я.
— Был уверен, что на третьем месте СССР, — сказал Филипп Эттер.
— Гитлер тоже так думает, за что и поплатится, когда после победы на западе пойдёт дальше на восток, — сообщил я.
— Пусть идёт, куда хочет, лишь бы не на нас! — искренне пожелал глава Швейцарии.
— На нас не нападет. Гитлеру нужен будет нейтральный банк для операций с теми же американцами, которые будут торговать с обеими сторонами конфликта, находясь при этом на одной из них, — уверенно заявил я.
— Надеюсь, ваши слова сбудутся! — обрадовавшись, пожелал он.
Конечно, сбудутся. Я даже помогу этому, защищая Москву и Сталинград.
88
В конце лета я продал свой самолёт. В ближайшие годы по Европе просто так не полетаешь, а содержать дорого. Деньги вложил в облигации кантона Женева. Доход небольшой, зато надежный. Покупателем «НИД-42П» стал француз из Лиона. Надеюсь, самолёт поможет сбежать от немцев, когда захватят его страну.
Теперь мне было, на чем летать на халяву — в Женеве разместили одну из эскадрилий истребителей «Мессершмитт-109Е-3», командиром которой числился я, то есть приезжал по делу в контору компании «Нефтепродукты Женевы» и заодно заглядывал в расположение части, которая находилась рядышком. Там всем заправлял мой заместитель кадровый военный капитан Эмиль Лангле. К этой части теперь был приписан и резервист Юрий Суконкин. Обычно мы приезжали вдвоём из офиса и вместе поднимались в воздух, ведущий и ведомый. Учил племянника тонкостям пилотирования, благо на обоих самолётах хорошие новые швейцарские радиостанции.
