– Да. Мы с друзьями ведем этот форум с пятнадцати лет. Но теперь, когда пастор Персиваль находится под судом, все это стало неактуальным. Думаю, пора закрыть форум.
Тедди отрезает кусок сыра, кладет его на крекер и протягивает мне. Увидев текст на экране компьютера, он со смехом говорит:
– Я тоже модератор форума.
– Что?!
– Когда мы жили в «Провиденсе», я присоединился к форуму, чтобы произвести на тебя впечатление. Естественно, если ты смотрела какую-то серию, я должен был быть в теме. Просто я думал, что ты само совершенство.
– Я отнюдь не против, чтобы ты и дальше так думал. – (Тедди начинает готовить очередной крекер с сыром, и я знаю, что это для меня. Он протягивает крекер, не дав доесть предыдущий.) – Эй, не так быстро!
– Не могу, пока я с тобой. Ты придаешь мне ускорение.
Тедди предложил переехать к нему, когда закончился срок моей аренды. Мне действительно нравилась моя маленькая квартира-студия на четвертом этаже, и с компенсацией, полученной от ДКП, я вполне могла позволить себе такую роскошь. Но квартира Тедди ближе к колледжу, а его кровать – самое удобное место на земле.
Его кровать, точно зыбучие пески: когда я туда ложусь, мне из нее уже не выбраться.
Я задумчиво грызу большой палец:
– Так ты полагаешь, нам следует закрыть форум? Остальные администраторы говорят, что последнее слово за мной. Форум отнимал кучу времени. Кучу воспоминаний. – Я смотрю на домашнюю страницу, которая практически не изменилась с того времени, как мне исполнилось пятнадцать.
– По-моему, форум тебе больше не нужен, – говорит Тедди. – Покинув «Провиденс», ты оставила в прошлом очень много старых привычек, что явно пошло тебе на пользу. – Тедди имеет в виду, что после посещения психотерапевта я уже не дергаю до кровавых мозолей ручки дверей, чтобы проверить, хорошо ли они заперты. – Но ты можешь оставить все как есть. Если посидишь чуть дольше за компьютером, особого вреда не будет.
– Это начинает плохо на меня действовать.
Ненавижу посты о суде над актером, игравшим пастора. К тому же это напоминает о том, что мне придется выступать свидетелем в деле ДКП против Сильвии Драммонд. Фотографии того, как она сходит с борта судна на берег в шикарном наряде, взорвали новостную повестку и в том числе сыграли против Сильвии. На фото ее лицо было искажено от ярости. Когда в конце концов она позвонила мне, я приготовилась защищаться. Но рядом со мной был Тедди, который держал меня за руку, а с другой стороны стояла Роуз.
Теперь и у моих родителей не осталось ни тени сомнения, что собранные церковью деньги украла Сильвия.
– Я получил сообщение от Мел, – с набитым ртом говорит Тедди. – Она просит нас приехать помочь с украшением зала для рождественской вечеринки.
– Не вопрос. Конечно приедем.
Мел наконец нашла работу мечты. Она отвечает за программу мероприятий для резидентов «Провиденса», и не только для них. Она объезжает еще шесть домов престарелых, координируя мастер-классы, поездки и вечера танцев. Причем каждый рабочий день протекает для Мел по-разному. Она любит стариков. И что самое главное – она посещает не только состоятельных резидентов «Провиденса», но и обитателей нищих заведений в центре города, скрашивая своим блеском их тусклую жизнь.
– Хотя нам будет грустно туда возвращаться, – вздыхаю я.
Нас окутывает тишина, а когда Тедди наконец поднимает голову, в его глазах плещутся печальные воспоминания.
– Она умерла счастливой, – говорит он. – И все это благодаря тебе.
Похороны Ренаты Парлони были совершенно безумными. Ей бы они точно понравились. В газетных некрологах также отдали дань передовому для своего времени журналу «В тренде или нет», а на церемонии похорон присутствовали дизайнеры моды, издатели крупных журналов и длинноногие модели, украдкой посматривавшие на Тедди, совершенно неотразимого в своем деловом костюме. Впрочем Тедди, который держал под руку Агги, было явно не до них. Тем более что по другую руку стояла я.
Когда священник сказал, что Ренату пережила ее жена, Агги Парлони, зал зааплодировал.
Рената совершала безумства при жизни, но, умирая, она сделала нечто еще более безумное. А именно то, по поводу чего вечно шутила. Вписала меня в свое завещание. Узнав об этом от Агги, я испытала примерно то же самое, что и тогда – целую вечность назад, – когда Агги подарила мне стодолларовую банкноту. Я всячески отбрыкивалась от наследства, поскольку не заслуживала его. И честно пыталась вернуть деньги назад, но все было бесполезно.
Рената решила, что я была одной из ее подопечных, и вот вам результат. Я сижу в симпатичной квартирке в Фэрчайлде после напряженного трудового дня. Теперь я интерн в террариуме, и, хотя от моей мечты стать в один прекрасный день ветеринаром меня отделяет длинный, длинный путь, я иду по этой дороге дюйм за дюймом, совсем как золотистая черепаха.
– Думаю, пора оставить в прежней жизни кое-какие вещи. – Я перехожу на экран администратора форума «Небеса послали тебя сюда», где имеется кнопка дезактивации страницы. – Если я нажму на эту кнопку, то уже не смогу вернуться.
– А ты хочешь вернуться?
