Дверь распахнулась. Маиса, не отходившая от меня ни на минуту, с визгом накинулась на вошедшего, явно собираясь защитить меня ценой собственной жизни. Но темнокожий здоровяк с легкостью отшвырнул девушку в сторону, и та отлетела в угол каюты.
Я все же села. Голова кружилась так сильно, словно стены и этот… громила в шароварах и синем кафтане пустились в пляс.
Он что-то сказал мне на хасторском, но я не разобрала. Потянулась за вилкой, которую давно уже прятала под подушкой, попросив Маису ее не забирать.
Темнокожий шагнул к моей кровати. Склонился надо мной, но я замахнулась, собрав все силы…
Он с легкостью отобрал вилку и отбросил ее в сторону. Вновь что-то сказал, но я уже уплывала в беспамятство.
В прекрасные небесные дали, в которых я летала на драконе. Возможно, вместе с Райаром Кеттером, но я не могла сказать этого наверняка. Просто чувствовала мужское уверенное присутствие рядом.
Там были он, я и горы, окрашенные в бордовые цвета заката.
Вновь открыла глаза, когда меня куда-то несли, и голова болталась… Нет, уже не болталась – ее заботливо поддерживал тот самый гигант, в чьих руках я оказалась. Я же посмотрела сперва в небо, а потом на уплывающие корабли, которые послал за мной Эрвальд Хасторский.
Такая версия прозвучала в моей каюте, и мне она показалась вполне достоверной.
Ну что же, Эрвальд все-таки за меня отомстил, потому что «Путеводная Звезда» шла ко дну. Завалилась на один бок, а ее нос уже почти погрузился в пучину.
Но раз Сандор получил за меня сто пятьдесят тысяч золотых, то потеря «Звезды» не будет для него столь болезненной.
Рядом с «Демоном» стояло несколько кораблей, совершенно не похожих на хасторские. Это были вытянутые гребные галеры с хищными мордами и с черно-золотыми остарскими парусами.
На одну из них по перекинутым сходням нес меня чернокожий здоровяк. И я закрыла глаза, больше не сопротивляясь спасительному беспамятству.
Пришла в себя я на пахнущих свежестью простынях. Рядом с моей постелью сидел пожилой мужчина в белых одеждах.
Мы до сих пор были в море – я слышала, как плескались волны за бортом, а заодно сквозь распахнутое окно до моего слуха долетали резкие команды, задававшие ритм гребцам.
Тут старик, несмотря на мои протесты, влил мне в рот с ложки что-то горькое, приговаривая, что маковый настой поможет мне заснуть. Болезнь отступила, твердил он, но забрала у меня слишком много сил.
Поэтому мне нужен покой.
Мои глаза смежились против воли, а когда я проснулась, то была вся потная и совершенно без сил.
С трудом подняла веки, и… Мир больше не казался мне малиново-красным. Наоборот, он обрел четкие контуры, звуки и запахи.
До меня долетал тонкий аромат лечебных трав и свежего морского воздуха. Рядом с кроватью сидела Маиса и тихонько напевала на своем языке. Увидев, что я открыла глаза, девушка мне улыбнулась.
Затем поддержала мне голову, помогая напиться, и я сделала несколько глотков.
– Где мы? – прошептала я на хасторском.
Мой голос прозвучал слабо, беспомощно. Я пошевелилась, пытаясь приподняться, и Маиса помогла мне усесться, прислонившись к изголовью кровати.
Тонкое покрывало соскользнуло, и я заметила, что на мне незнакомая шелковая сорочка.
Выходит, меня переодели и вылечили. Ну что же, ценный товар нуждался в должном уходе!
Пока я боролась с жутким головокружением, Маиса рассказала о том, что с нами произошло за время, пока я валялась в беспамятстве. Ну, как рассказала… Говорила на жуткой смеси хасторского и своего языков, отчаянно при этом жестикулируя, поэтому я поняла далеко не все.
Мы плывем в Остар, где меня давно ждут, – вот что сообщила мне горничная. Ко мне здесь относятся не как к пленнице, а как к самой дорогой гостье.
Маису хотели оставить на «Морском Демоне», а мне дать другую горничную, но девушка плакала и клялась, что она – моя личная служанка, и если я не обнаружу ее, когда очнусь, то буду крайне недовольна.
Помогло, ее оставили при мне.
Сказав это, Маиса посмотрела на меня жалобными глазами, и я кивнула.
– Конечно, Маиса! Мы всегда будем вместе, что бы нас с тобой ни ждало в будущем.
До самого конца.
Протянула ей руку, и… Вот это да! Оказалось, с меня сняли проклятый браслет!
Магия ко мне вернулась, и, подозреваю, именно она помогла мне справиться с болезнью.
Это было крайне благородно со стороны остарцев, но очень смело и довольно глупо, потому что… С огромной радостью я нырнула в магические потоки, чувствуя, как ко мне возвращаются силы, придавая уверенности.
Беззащитная пленница?! Нет, здесь такие не водятся!
– Кто вы? Куда мы плывем? – спросила я на хасторском, когда в дверь моей каюты – роскошно обставленной, с огромной кроватью и светлым балдахином над ней, восточными шелковыми коврами на полу и элегантной мебелью, – распахнулась.
В проходе показались тот самый темнокожий громила с жутким лицом и старик в белом одеянии.
Но со мной была моя магия, и я больше не чувствовала себя беспомощной. Пусть слабой и измученной, но я могла справиться… с ними всеми!
