— Счастливое воссоединение, – угрюмо поаплодировал мужчина в мантии. – Я аж сейчас разрыдаюсь. Спаситель и спасенный. Но еще большее воссоединение ждет нас всех в желудке у какого‑нибудь огра. Давай, безумец, действуй! Попробуй хотя бы открыть эту дверь!
— Как твое имя, любитель шуток? – Я посмотрел на него. Мою правую руку окутал черный туман, но в полутьме это было практически не видно.
— Герман я, – фыркнул он и тут же поднял брови от удивления, потому что лезвие, горящее синим пламенем, не заметить было невозможно.
— Что же, Герман. Надеюсь, эта шутка тебе тоже придется по нраву.
Я сделал несколько небрежных взмахов демоническим оружием.
Массивная дверь из плотно подогнанных бревен вдруг рассыпалась множеством обломков, щепок и опилок, развалилась вместе с засовом и петлями. Пленники вскочили на ноги и замерли с разинутыми ртами.
— Это магия? – Виктор не сводил глаз с синего клинка.
— Это не просто магия! – восторженно воскликнул Герман. Глаза его загорелись, а пальцы непроизвольно потянулись к моему клинку. – Это самая необычайная магия, самая невероятная и завораживающая. Магия призыва и созидания!
— Так ты маг? – Я обернулся.
— Еще какой! – Герман ткнул себя кулаком в грудь. – Я огненный маг!
— Когда выберемся отсюда, я задам тебе несколько вопросов.
— Вопросов? – покривил губами он. – Ну… ладно. Только у меня тоже будет пара вопросов к тебе!
Я коротко кивнул и вышел из темницы.
Стол был перевернут, за ним, прижавшись к стене, на полу сидел Чуук и потирал ушибленный глаз, а огры–сторожа, подняв кулаки, нависали над ним. Впрочем, взгляды их были уставлены в меня, а лица перекошены от удивления. Гиганты выглядели так нелепо, что мне в голову невольно пришло новое сравнение темницы с холодильником. И только Чуук, на редкость мудрый и послушный огр, кажется, обрадовался моему появлению. Его ведь больше не избивали, так что он смотрел на меня слезящимися щенячьими глазами и будто бы говорил:
— Я все сделал так, как вы сказали.
Но вместо того, чтобы похвалить его, я накричал на него. На всех.
— А ну сидеть там и не двигаться! – рявкнул я. – Если кто‑то осмелится пойти за мной или вызвать подмогу – посажу в клетку и запру на большое бревно! Ясно?
Огры послушно закивали головами. Сторожа тут же уселись на пол и прижались спинами к стене. Возразить мне ни у кого желания не возникло. Тем более у Чуука.
— Так вот, как ты с ними разговариваешь? – поежился за моей спиной Виктор. – От твоих криков мне самому захотелось сесть и притихнуть…
— Эй, – позвал нас Герман. – Помогите открыть!
Мы обернулись. Огненный маг отчаянно пытался сдвинуть в сторону громадное бревно, служившее засовом еще одной двери. Вернее, дверцы, она была заметно меньше остальных. Странно, что я не заметил ее ранее. Видно, просто не искал ее.
— Что там?
— Там склад, – объяснил Виктор. – Огры сбрасывают туда оружие, доспехи и вещи людей, которых они пленили.
— Там мои вещи! – воскликнул Герман, стукнув по двери кулаком. Закатил рукава и зловеще ухмыльнулся. – Сейчас я ее спалю ко всем чертям!
— Обойдемся пока без спецэффектов, – остановил его я и двумя легкими взмахами разрубил засов натрое. Тяжелые чурбачки упали к моим ногам, едва не отдавив пальцы.
Дверь открылась на удивление легко. Не пришлось даже прилагать усилия. Самая маленькая, самая последняя и самая ненужная дверь оказалась самой удачно сделанной.
А за дверью действительно находился склад, хранивший экипировку сотен жертв, нашедших свою бесславную кончину в утробах огров. Даже не склад, а свалка. Алебарды, мечи, ножи, пики, топоры – качественное и когда‑то очень эффективное оружие валялось в кучах грязного тряпья, словно бесполезный хлам. Еще бы, ограм это оружие не подходило по размерам, а раз кузнечным делом они не занимались, то и не могли переделать его. Вот и обходились подручными средствами – дубинками из стволов деревьев.
Сталь некоторых клинков облюбовала прожорливая ржавчина, кожаная обмотка других давно сгнила, но некоторые экземпляры сохранили яркость. Огромный двуручный топор, прислоненный к стене, уже зарос паутиной и покрылся пылью, но я видел – нужно всего лишь почистить его, чтобы он заблестел, как новый. Время не могло затупить этого топора, он был до сих пор острым. Филигранные руны, нанесенные на рукоять и лезвие, переливались в лучах тусклого света, едва пробивавшегося на это кладбище экипировки, говоря об особой силе этого исключительного, возможно, даже заколдованного оружия.
Герман кинулся разыскивать свои вещи, раскидывая в разные стороны чужие, и вскоре откопал изящный деревянный посох с железным набалдашником. Взвесил в руках, любяще погладил, прислонил к стене, поближе к выходу, и продолжил поиски.
А Виктор уже экипировался. Кажется, он намного быстрее мага нашел свои вещи, он уже сжимал в руках короткий лук, за плечами колчан со стрелами, и в ножны на голени засовывал длинный, слегка изогнутый кинжал.
