— Ара, у меня тост. — Скорняк встал из–за стола с рогом, выточенным из шипа мутанта. Все замолчали, слушая его. — В одном маленьком горном селении жил человек, некрасивый телом, но красивый душой. Многие знали его и не обращали внимания на то, как он выглядит. Они знали его по поступкам. Ара, но были те, кто не видел его душу и не помнил поступков, совершенных им. И настояли они, чтобы изгнали из селения некрасивого человека и поддались им остальные. Ушел человек, чтобы не сеять вражду между людьми и исчез. Ара, недолго было хорошо в посёлке. Кто не ценит добро, все равно найдёт повод использовать зло. Не стал посёлок таким, как прежде и беды обрушились на него. И стали исчезать неизвестно куда люди. А некрасивый человек, ара, и не думал держать зло, он ушел в горы, чтобы переродиться. Он вернулся и вернул людей, и теперь в посёлке снова начнётся счастливая жизнь, ара. Выпьем, за Рэба, если кто не понял. — Он выпил свой рог самогона одним залпом, крякнул, утерся и закусил персиком. Народ шумно поддержал его.
Рэб почувствовал себя неудобно в эпицентре внимания. Он понял, что тем, кто считает себя виноватым в его исчезновении, очень хочется избавиться от чувства вины и поэтому решил объявить следующий тост.
— Простите, у меня тоже есть тост. — К нему прислушались. — Я не Скорняк, на ходу такие сказки сочинять не умею. Знаете, всё идёт так, как надо. Другого способа вернуть себе приличную шкурку, просто не было. Я смотрю в прошлое и понимаю это совершенно отчётливо. Вы все сделали всё правильно. Я оказался там, где должен быть, чтобы сегодня сидеть с вами за этим столом, тем Рэбом, которого вы знали изначально. Посмотрите, теперь у меня семья, друзья, любимое место, о котором я скучал каждый день. Я счастлив, как никогда. — Рэб поднял рюмку, выточенную из какого–то приятно пахнущего дерева. — Ну, за счастье.
Гулянье продолжилось за полночь. На его шум явились андоррцы. Они прослышали о возвращении исчезнувших людей и Рэба, имя которого для многих казалось простой легендой. Принесли подарки и мировую. С момента отделения их дела шли все хуже и хуже, и теперь тем, кто остались, стало отчётливо понятно, что по отдельности не выжить. На радостях все распри были забыты, и гулянье продолжилось дальше, вместе с андоррцами.
Посёлок успокоился незадолго до рассвета. Народ разошелся по домам, а кто–то уснул прямо за столом. Семью Рэба принял Дизель. После тесноты «бардака» его маленький домик показался настоящим дворцом. Наконец, можно было полностью расслабиться. Долгое путешествие, начавшееся для Рэба задолго до возвращения в Улей, подошло к концу.
С рассветом, чаша стаба наполнилась необычным туманом. Он был настолько плотным, что в трех метрах уже было ничего не видно. Бубка проснулся, потому что захотел в туалет, вышел на улицу и был удивлен непроницаемым туманом. Чтобы не потеряться, справил маленькую нужду рядом с домом. Какие–то ассоциации тронули его разум, но не настолько, чтобы проигнорировать утренний сон.
Разбудил Рэба испуганный Дизель.
— Вставай, Рэб! Вставай!
— Что случилось?
Рэб испугался, но увидев мирно сопящих Варвару и Бубку, успокоился. Все остальное его волновало не так сильно.
— Идём, увидишь.
Рэб вышел на улицу и чуть не упал. Гор вокруг стаба не было, ни одной.
— Куда они делись? — Удивился он.
— Ты думаешь отсутствие гор самое главное? Сейчас ты удивишься ещё больше.
Чем ближе подходили к краю стаба, тем невероятнее открывался вид. За границей стаба простирался синий небесный океан. Рэб подошёл к краю, на котором в полном оцепенении стояли жители посёлка. Их стаб, вырванный из Улья, каменным островом парил в бескрайнем небе.
