В самом хвосте «Вентуры» торчала антенна, используемая главным образом для навигации. Чтобы ветер не скрутил антенну, на ее конец был подвешен груз-противовес, называемый летчиками «носок». В этот день, в момент отрыва самолета от земли, «носок» с антенны сорвался. У Гвина теперь был выбор: вернуться и установить на антенну новый «носок», либо продолжать полет, ведя машину по счислению. Поскольку погода была превосходной, лейтенант решил обратно не возвращаться и продолжал полет, ведя бомбардировщик на высоте тысячи метров над зеркальной гладью океана.
Навигация по счислению никогда не бывает особенно точной, а над просторами Тихого океана всегда чувствуешь себя не очень комфортабельно, когда точно не знаешь своего места. В 11:00, примерно через час сорок пять минут после взлета, лейтенант Гвин, памятуя о том, что осторожность — главная составляющая доблести, решил все-таки закрепить антенну.
Радист был чем-то занят, а второй пилот с головой ушел в прием сводок погоды. Поэтому Гвин решил сам заняться антенной. Пробравшись через хвостовой тоннель «Вентуры», лейтенант дошел до того места, где можно было дотянуться до антенны, и занялся ее ремонтом. При этом он случайно глянул вниз с высоты тысячи метров на поверхность Филиппинского моря. И именно в этот момент летчик увидел длинное пятно мазута, который, по его мнению, мог вылиться только из топливных цистерн подводной лодки. Гвин бросился обратно, забрался в свое командирское кресло левого пилота и заложил крутой вираж.
В 11:18 самолет изменил курс, следуя вдоль длинного, змеевидного мазутного пятна. Чтобы все лучше разглядеть, Гвин снизился до трехсот метров.
Мазутный след казался бесконечным, извиваясь миля за милей по поверхности океана. Примерно через пять миль Гвин внезапно увидел их — примерно тридцать черных голов, торчащих из двадцатипятимильного мазутного пятна. Они напоминали черные шарики, прыгающие на воде. Многие цеплялись за плот, другие плыли самостоятельно, слабым движением рук пытаясь привлечь внимание самолета.
Лейтенант Гвин был ошеломлен и удивлен. Откуда взялись эти люди?
Мазутное пятно было огромным, но никто не сообщал, что в этом районе затонул какой-нибудь крупный корабль.
В 11:20, через две минуты после обнаружения людей в воде, Гвин снизился до высоты сто метров, пытаясь разобраться в обстановке.
В 11:25 Гвин приказал своему радисту передать в эфир следующую радиограмму: «ОБНАРУЖИЛ ТРИДЦАТЬ ЧЕЛОВЕК, НАХОДЯЩИХСЯ В ВОДЕ; 011-3 °CЕВЕРНОЙ, 133-30 ВОСТОЧНОЙ; СБРОСИЛ ПЕРЕДАТЧИК И СПАСАТЕЛЬНЫЙ ПЛОТИК. ОПОЗНАВАТЕЛЬНЫЙ 133-30».
Дежурный по КДП аэродрома на Пелелиу сразу передал это сообщение командующему подрайона Западных Каролин, подчиненному вице-адмирала Джорджа Маррея, командовавшего военно-морским районом Марианских островов.
Сообщив о месте погибающих моряков, лейтенант Гвин больше ничем им помочь не мог и решил продолжить полет. Следуя на север вдоль бесконечного мазутного пятна, Гвин примерно в шести милях обнаружил еще более сорока человек, а в четырех милях далее — еще от сорока пяти до семидесяти человек. Следуя дальше на север, Гвин увидел еще несколько небольших групп — по два-три человека в каждой, рассеянных по поверхности моря. После часа полета и наблюдений летчик подсчитал, что в воде находилось примерно сто пятьдесят человек.
Находившиеся в воде люди были разбросаны вдоль линии длиной примерно в двадцать миль. Гвин заметил одну группу, сгрудившуюся на плотах, но не мог точно определить, сколько был плотов. Даже с такой малой высоты летчик едва мог разглядеть одинокого пловца, если тот не поднимал брызг.
Проблему Гвина с навигационной антенной теперь нужно было решать быстро.
Место терпящих бедствие было определено им по счислению, а значит, не совсем точно. Лейтенант снова пробрался в хвост бомбардировщика и повесил на антенну новый «носок», прикрепив его куском резинового шланга. Все получилось замечательно.
Определив точнее свое место, лейтенант Гвин через час двадцать минут после передачи своего первого сообщения снова радировал на базу:
«ПОШЛИТЕ СПАСАТЕЛЬНОЕ СУДНО; 11–15 СЕВЕРНОЙ. 133-47 ВОСТОЧНОЙ; В ВОДЕ 150 ЧЕЛОВЕК НА ПЛОТАХ И СПАСАТЕЛЬНЫХ ЖИЛЕТАХ; СБРОСИЛ КРАСНЫЙ ШОМПОЛ (маркировочный буй)».
Авиабаза приказала Гвину не покидать этого района:
«ВЫЛЕТЕЛ ДУМБО (большая летающая лодка); ОРИЕНТИРОВОЧНОЕ ВРЕМЯ ПРИБЫТИЯ 15:00. ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТЕ».
Доктор Хайнес видел кружившийся над ними бомбардировщик и молился, чтобы тот их заметил. Идя очень низко над водой, самолет проревел прямо над головой доктора и через мгновение превратился в маленькую точку на противоположной стороне горизонта. К этому времени доктор Хайнес и окружавшие его люди уже потеряли всякую надежду на спасение. Последние силы покидали их, а появившийся самолет вел себя, как и все другие. Появился и исчез.
Обследовав весь район, лейтенант Гвин уже не сомневался в том, что в воде под ним находятся американские моряки. Развернувшись и заметив группу, у которой, судя по всему, не было даже ни одного плотика, Гвин начал сбрасывать им с самолета все, что могло плавать.
