– Для увеличения оборотов надо, чтобы кто-нибудь нам платил за нашу продукцию, а пока мы имеем только экспорт, а остальное покупаем сами у себя, – сказал кто-то, в нарушение всех правил, не вставая.
– Слушайте, дисциплину надо соблюдать и тогда, когда мозги кипят, а не только когда хи-хи в зале. Кто хочет что-то сказать – вставайте! – сказал я намеренно сердито, но народ сделал вид, что не заметил. Дисциплина все-же восторжествовала и началось более-менее внятное обсуждение. А что касается домов, то леспромхоз платит не на деревню дедушке и не занимается благотворительностью. Он покупает у строителей дома для последующей их продажи переселенцам. Они на этом прилично заработают, примерно три рубля на каждый вложенный рубль. Куда как хорошо.
– Мы такими темпами расти будем до "морковкиного загниения"! – выкрикнул Вовка, предварительно встав.
– А куда ты спешишь? Мы и так летим впереди планеты всей. В этом году вырастем процентов на семьсот.
– Что так и будем сами себе продукцию делать? – вопросы сыпались так быстро и так нервно, что это напоминало блиц-допрос меня любимого, поэтому я решил отфутболить вопрос в зал.
– А ты думаешь, как надо делать? Иди сюда и рассказывай!
На центр протиснулся Валерка Соснихин, командир отряда на производстве гранулированного навоза.
– Надо заморозить все наши производства и остановить строительство домов. Набрать сезонных рабочих и поселить их в школьном общежитии. Потом вывести на экспорт еще несколько продуктов и начать гнать туда, сколько съедят. Думаю, что в этом случае мы добьёмся десятикратного увеличения. Заработаем – начнем строить и оживлять другие производства. А сейчас можем остановиться на трубах, окнах и грануляте. Можно еще металлочерепицу поставлять. Остальное остановить, в том числе и профилированный брус, потому что он очень человекоемкий, – на последней фразе он споткнулся и смутившись замолчал.
– Вопросы Валерке? – выдал я начальственное слово.
– А как же сказочный поселок? – кто-то пискнул из зала, и все напряженно замолчали.
– Отложим на полгода, пока не встанем на ноги, – ответил Валерка.
– Ты с кем собрался подниматься – с двумя сотнями дворов? – крикнул Ухо, изобразив вставание.
– А ты все равно остановишь строительство, потому что не будет хватать то труб, то окон, то черепицы, то бруса. Ты хочешь шагать так широко, что штаны в промежности не выдержат.
Зал захохотал и ускоренно сливал напряжение. Похоже многие поняли, что так, что этак, но жизнь не остановится.
– Нет людей, нет денег, нет производств, нет времени, да к тому же все старшие уедут поступать в ВУЗы. С кем ты собрался сказочный поселок строить? Кто тебе поможет? Боженька?
– Я помогу, – сказал кто-то, стоявший у стенки в тени.
– Дяденька, мы и сами пошутить не дураки, но нам надо решить очень серьезные вопросы, так что не сыпьте соль на раны.
По проходу к сцене двигался невысокий мужчина в старомодной шляпе.
– Ребята, разрешите представить вам Алексея Николаевича Косыгина, Председателя Совета Министров СССР.
По залу растеклась тишина и, казалось, было слышно щебетание птиц.
– Я могу помочь деньгами и оборудованием, чтобы расширить производства, могу помочь с госзаказом на вашу продукцию, могу помочь с людьми, кликнув комсомольцев, – проговорил Косыгин, добравшись до трибуны.
– И тут пришел Дед Мороз с седой бородой и мешком подарков…, - сказал кто-то очень тихо, но все расслышали и затряслись в привычном смехе. Улыбнулся и Алексей Николаевич, но, похоже, он не знал, как реагировать на такой прием, а потому замолчал и сел за стол рядом со мною.
– Алексей Николаевич, нам не надо случайных людей, пусть даже комсомольцев, да и слишком много нам тоже не переварить. У нас пока только формируется конвейер по адаптации приезжающих людей. Вот параметры этого конвейера и определяют, кого и сколько мы можем принять, – мне пришлось объяснять все самому, чтобы не усложнять ситуацию.
– А вы, я так понимаю, Игорь Мелешко?
– Абсолютно точно.
– Можно ли мне побеседовать с вами наедине?
Освободиться не составило большого труда. Собрание доведет до конца Нонна Николаевна.
– Ну, здравствуй, возмутитель спокойствия!
На меня смотрели очень цепкие глаза и ощутимо давили.
– Здравствуйте, Алексей Николаевич, – мне не было никакого резона начинать разговор самому.
– Может, расскажешь, откуда у тебя всякие такие мысли, откуда ты слова-то такие знаешь. Байку: упал-ушибся-очнулся новым человеком – я уже слышал. Есть еще варианты?
– Нет, других вариантов нет. Действительно, упал и очнулся новым человеком, вернее, нас двое: семилетний пацан и шестидесятилетний старик. А почему так получилось и кто смог такое сделать – это вопрос не ко мне, а… – закатив глаза к потолку, гнул свою линию. – Да и так ли это для вас важно? Вот что вам с того, что есть кто-то, кто демонстрирует какие-то непонятные возможности? Плюньте и забудьте, у вас более важных дел полный вагон.
– А ты хамоватый.
– Да как-то надоело уже. Вы не можете себе представить, сколько раз я уже отвечал на этот вопрос! К тому же за ним, кроме досужего любопытства, ничего нет.
