В комнате снова послышался грохот, но прежде чем он вышел из-под контроля, Луи выпрямился и прислонился к какой-то полке. Нам явно пора было уходить. Однако его предупреждение не выходило у меня из головы. Я уже знала, что с Ашером что-то не так, но я еще не была достаточно близка к нему, чтобы почувствовать его энергию. Она тоже изменилась?
И было ли это изменение только потому, что он умер и возродился более сильным и богоподобным? Или это была манипуляция со стороны его матери?
Я встала и присоединилась к Илие и Лариссе, желудок заурчал, напоминая о том, что мне нужно поесть.
— Поскольку сегодня пятница, вам всем следует продолжить занятия в понедельник, — крикнул нам вслед Глава Джонс. — Отдохните в эти выходные.
Занятия. После стольких каникул эта концепция показалась мне почти чуждой. Обычно я была бы рада вернуться к учебе, но из-за всего, что было у меня на уме, я не могла понять, что значит просто снова стать студентом. Но за неимением ничего лучшего, я следовала его инструкциям.
Ларисса потратила еще минуту на то, чтобы быстро поболтать с отцом… они устроили свой обычный завтрак для отца и дочери, так что она не присоединилась к нам. До того, как я поступила в Академию, Ларисса чувствовала себя одинокой и в основном обедала с Главой Джонсом. Она не подходила к вампирам, потому что не питалась так, как они. То, что она обнаружила свою мать с разорванным горлом, залитую кровью, произвело такое впечатление на молодого вампира. Глава Джонс сделал все возможное, чтобы удержать их вместе, но в конце концов Лариссе пришлось спасаться самой.
И она это сделала. В этом году она стала другим супом. Сильной, уверенной в себе, охотно питающейся и даже желающей влюбиться. Рон, конечно же, был невежественным ублюдком, который, казалось, не осознавал, что может иметь. В один прекрасный день Ларисса уйдет, и тогда он даст себе пинок.
— Пока, девочка, — крикнула Илия. — Увидимся в библиотеке после завтрака.
Ларисса помахала нам обеим. За то короткое время, что мы пробыли внутри, Ашер и ребята ушли… ни одного атланта не было видно.
Илия взяла меня под руку и слегка потянула за собой, хотя ее лицо выглядело расслабленным и спокойным.
— Просто веди себя естественно, — пробормотала она уголком рта. — За нами наблюдают.
Я не могла видеть никого в непосредственной близости, но знала, что ее чутье, когда дело касалось подобных вещей, превосходило мое собственное. Не зря она была одним из лучших следопытов в Академии. Так мы и прогуливались, болтая ни о чем, пока Илия делала то, что делала. Как раз в тот момент, когда мы собирались свернуть с крытой дорожки в общий зал, она остановилась, а затем быстро, как удар хлыста, метнулась в сторону и исчезла за двумя колоннами, увитыми розами. Послышалась потасовка, и я бросилась за ней, на случай, если это что-то серьезное.
— Аксель! — ахнула я, увидев атланта на земле, а на нем ботинок Илии. — Что ты делаешь?
Его ответа было не слышно, и, вероятно, потому, что Илия с трудом выдавливала воздух из его легких. Я игриво слегка пихнула ее.
— Отстань от него, ты, большая вредина.
Илия широко улыбнулась, она была довольна собой.
— Даже не ожидала, что так получится, — ответила она, когда убирала ногу, и я помогла ему подняться.
Аксель выпрямился и отряхнулся, оказавшись на голову выше моего роста в пять футов десять дюймов (177,8 см). Если бы он был лучше подготовлен, Илия не уложила бы его так легко. Он не был похож на других атлантов — драки были не в его вкусе, — но он умел постоять за себя.
— Ты в порядке? — Прежде чем я успела договорить, он обвил меня руками и обнял меня крепче, чем, я думаю, кто-либо обнимал меня раньше. Из его широкой груди вырвалось громкое рыдание, и моя собственная грудная клетка сжалась. Из-за этого и крепких объятий я едва могла дышать.
— Все в порядке, Акс, — мягко сказала я, похлопывая его по спине, все время наслаждаясь ощущением того, что один из моих парней снова рядом со мной. Мне показалось, что прошел миллион лет с тех пор, как я обнимала их, и моя душа заплакала.
Через несколько минут он отстранился, глаза покраснели, волосы растрепались. Сегодня золотые круги в его зрачках были глубокими.
— Несколько дней я думал, что ты мертва, — тихо сказал он. — Когда ребята связались со мной, я отказался принимать это, хотя мой трекер на тебя был отключен. Поэтому я тоже отправился туда. Я путешествовал всю ночь, и… твоя энергия иссякла, а на моем трекере вообще не было движения.
Мои собственные глаза наполнились слезами от ощутимой боли в его голосе и на его лице.
— Мне так жаль, — тихо сказала я. — Обещаю, если бы я могла каким-то образом дать вам всем знать, что со мной все в порядке, я бы так и сделала. Но… должно быть, я перестраивалась или собирала миллионы своих клеток воедино, потому что понятия не имею, где я была все эти дни, моя энергия иссякла.
Аксель кивнул, сделав несколько глубоких вдохов.
Боль снова пронзила меня; она казалась почти знакомой. Я даже не вздрогнула.
