— Мне тоже. То есть… Реинбоу Деш. Это же просто замечательно. Поверить не могу, что упустила её. — Она вздохнула. — Хотя надо сказать, что когда я проделала весь этот путь сюда, я и не знала, насколько здесь опасно. Я понимаю, что Эппллуза не Тенпони, но Святая Селестия. Войны. Банды. Помешанные фанатики. А вдобавок ходят слухи, что здесь какая-то пожирающая плоть чума.
— Ну да. Заражает еду. Если съешь — можешь заболеть. Чуть погодя начнешь есть любого пони на расстоянии вытянутого копыта. Будь осторожна, если наткнешься на подозрительное мясо или странную еду. Я советую покупать у Общества, если, конечно, сможешь себе позволить.
Кобылка нахмурилась.
— А что насчет этих из Добровольческого Корпуса? Во Флэнке они казались дружелюбными, предлагали хорошую, дешевую еду. Ты веришь в россказни насчет их причастности к этой чуме? Я слышала, что пони с перьями не подвержены заражению.
— Не могу утверждать, чтобы оперативник Лайтхувс что-то говорил об этом, — пробормотала я, а она еще сильнее расширила глаза совсем сбитая с толку. Я вздохнула и закрыла лицо копытом. — Слушай, здесь полно… всего такого… творится. Просто… ради собственной безопасности, лучше бы тебе вернуться в Эппллузу как можно скорее. Сейчас в Хуффингтоне очень опасно.
Она нервно улыбнулась.
— И не говори. Похоже, что все это место кишмя кишит опасностями. — Она поднялась на копыта. — Что ж, спасибо большое, что удовлетворила мое любопытство. Мисс…
— Блекджек, — ответила я.
Она моргнула, затем улыбнулась.
— Ох… точно. Охранница. Ну… я пойду. Береги себя, — попрощалась она и поспешила прочь из комнаты, бегом удалившись в сторону лестницы.
Я нахмурилась, затем оглядела больничную палату. Хотя ни один из находящихся здесь припасов не представлял ценности, большинство из них были полезны. Она ничего не тронула.
Хм. Похоже Эппллузианки были более дерганными по сравнению с другими кобылками. Возможно, она слишком обрадовалась тому, что я сказала? Первое правило Пустоши… я некоторое время просто стояла, пока Бу удивленно глазела на меня. Забавно, теперь моя грива зудела так же сильно, как и лицо.
— Как он? — спросила я Глори, пока она аккуратно снимала повязки с моего лица. Я старательно поднимала глаза, изо всех сил стараясь не чесаться. Кусок бинта повис у Бу на мордочке, и теперь она морщила нос и пыталась его стряхнуть.
— Теперь лучше — сказала пегаска, закончив снимать бинты с левой стороны моего лица. — Он годами сидел на Мед-Икс, к слову. Это не так просто исправить.
— Я думала, ты можешь просто смешать какое-нибудь химическое лекарство и бабах, все хорошо! — сказала я с полной надежды улыбкой. Она просто улыбнулась в ответ, что говорило, что она не хочет называть меня глупой. Я слегка надулась. — Ну, может какое-нибудь магическое заклинание или типа того? — Бу сняла бинт со своей мордочки… и начала трясти копытом в напрасных попытках освободиться от него, заставляя меня улыбаться.
— К сожалению, это не сказка, Блекджек. Ты не можешь просто прискакать, дать доктору сотню крышек, чтобы он махнул волшебной палочкой, и все станет хорошо. Ну, если это недавняя зависимость, то да, я могу кое-что сделать для снижения физического эффекта, но он сидел на Мед-Икс так долго, что его тело просто не знает, как функционировать без него. Я могу вычистить каждый след химии из его тела прямо сейчас. К несчастью, это скорее всего убьет его.
— И это будет плохо — мягко проговорила я. Полоски марли медленно отрывались от моего лица.
— Рад, что ты так думаешь, — прохрипел с порога П-21. Лакуна толкала перед собой два кресла-каталки, входя в палату с Рампейдж и Психошай позади. П-21 выглядел настолько плохо, насколько можно без высасывающего воздействия поля Аномалии. Его глаза ввалились и были налиты кровью, прежде нормальные, устойчивые конечности, теперь дрожали. Скотч Тейп в другом кресле-каталке выглядела столь же бледной, но попыталась слабо мне улыбнуться.
— Так… насколько плохо? — спросила я, напрягшись от нетерпения. Если будет слишком отвратительно, возможно, я смогу приспособить что-то вроде маски.
— Нормально, Блекджек, — слабо отозвался П-21, затем зашипел сквозь зубы и со стоном поморщился.
— Ты в порядке? — спросила я и тут же шлепнула себя за глупый вопрос. — То есть, ты поправишься?
— Ощущения такие, будто я пролетел вниз головой пару лестничных пролетов. Со мной все будет хорошо. А если Глори сделает со мной то же, что и с твоим лицом… думаю, я буду даже лучше прежнего, — ответил он с тенью улыбки.
— Правда? — моргнула я, Лакуна левитировала передо мной маленькое зеркальце. Я уставилась в собственное отражение. Там, где раньше мое лицо представляло собой кашу из мяса и металла, теперь был гладкий белый участок безупречной, свободной от шрамов шкурки. Я потянула щеку, продолжая глазеть. Никогда раньше я не была так рада выглядеть нормальной пони. Может во мне заговорило самолюбие, но я почувствовала громадное облегчение.
— Глори! Ты гений! Ты… ты спасла мое лицо!
А теперь мы просто обязаны отправиться…
