— Ага. Только нет ничего незаконного в том, что ты мерзок. Так или иначе, у нас не так много способов нарушить закон. Довольно простой, на самом деле. И пока я не могу с ним ничего поделать, Ахвицотльское мелкое дерьмо. Он заставит других пони убивать для него, если нужно выйти сухим из воды. Он не мог убить такую как она.
Она раздраженно застонала.
— Черт… знала же, что так будет. Проклятые дышащие туристы…
— Ты не любишь гладкошерстных? — спросила я с беспокойством.
Она пожала плечами.
— Я не люблю незнакомцев. Ненавижу их. Не важно живые они или мертвые. Я думаю, мы должны закрыться от всех кто приходит сюда. Обезопасить себя. Виндклоп хочет, чтобы все делали вид, что мы живые, как-будто гниение можно спрятать как сыпь. А Ахвицотль хочет, чтобы мы все били в одном шаге от дикости, держа нас на выпивке и Рейнбуме.
Заметив мой непонимающий взгляд она добавила.
— Супер сильный Дэш.
Она сделала еще одну большую затяжку, вздохнула и покачала головой.
— Но все больше путешественников хотят иметь возможность торговать, и делают вид, будто мы нормальные, так что они будут пускать каждого уродца в это место.
Она бросила сердитый взгляд на мои механические ноги.
Я выдвинула палец и выковыряла козявку, заставляя ее сморщится от отвращения, потом я задвинула палец назад с усмешкой. Вот это уродец, Вилоу.
— Итак… что теперь? — спросила я, отойдя немного от тела.
— Теперь? — спросила она удивленно. — Ну теперь ты заберешь свою броню — ты же заплатила за неё в конце концов — и хоть выеби себя мне всё равно. Я прослежу чтобы её сожгли. Виндклоуп продаст её вещи на аукционе ради города. Жизнь продолжается, — пробормотала она мрачно.
— Так оно и происходит, не так ли? Какого-нибудь пони убивают при загадочных обстоятельствах, здорово, если ты можешь поймать убийцу и «да ладно» если не можешь.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Уиллоу, было заметно, что-то тревожит гуля.
— Мне просто любопытно, вот и все, — на это она с отвращением закатила глаза.
Гуль отошла от тела и присев начала рассказ:
— Когда-то, я была в Гвардии Хуффа. Как в прошлой жизни, хотя так наверно и есть. Всегда занята поддерживанием порядка, раскрытием преступлений. Большинство из них довольно несложные, хотя иногда попадались несколько таких, что аж противно. Пони Хуффингтона всегда были довольно странными. Меня и Софтхэрт назначили в команду, которая занималась поимкой «Ангела Смерти».
— Я… читала о ней, — посмотрев вниз, на лестницу ведущую в Мортуарий, добавила, — «Ангел» убивал только жеребят?
— Мххх. Редкий случай. Она оказалась медсестрой из МиМи. Призналась под давлением. Считала, что более милосердно будет убивать этих детей, чем позволить им жить в этом мире. В итоге мы задержали ее… и передали в МиМи, — грустно пробормотала она.
— Стой. Почему? — спросила я в замешательстве.
Гуль закатила глаза.
— Потому что она состояла в грёбаном министерстве. Черт… до тебя не доходит? В те времена, если ты состоишь в министерстве, то найдется миллион специальных правил, которые нам нужно будет соблюдать. Мы поймали медсестру Кэнди и передали ее прямо Флаттершай, которая поклялась «клятвой Пинки Пай» сделать ее лучше. Три месяца спустя она уже делала это снова. Только теперь она знала, как мы вычислили ее, и изменила привычки. Софтхэрт съехала с катушек, пытаясь остановить ее, она любила детей. А Ангел любил играть с ними. Она оставляла послания на их телах для меня и Софтхэрт.
Я использовала кусочек мешковины, чтобы вытереть кровь со своих копыт.
— Так что же произошло?
— Ангел просчиталась. У Софтхэрт был ребенок, и Ангел заинтересовалась им. Слишком чтобы она смогла устоять перед соблазном. Мерзкий бой. Ангел чуть не убила Софтхэрт. Проткнула ее грудь длинным металлическим прутом. Так или иначе, я доставила эту смеющуюся гниду обратно в Хайтауэр лично. Конечно же, затем вмешался Стиль, а нас послали куда подальше. Я была уверена что, Ангелу снова удастся скрыться. Я подавала документы. Делала звонки. Орала, так, что у самой в ушах звенело.
Она издала долгий, хрипящий вздох.
— И тут Ангел умирает в изоляторе! — она сплюнула и яростно топнула копытом.
— Что в этом плохого? — спросила я, и получила свирепый взгляд в ответ.
— Это именно то, что сказало мое гребанное начальство! — прорычала она, тыча в меня копытом.
— Она умерла за решеткой, и мне плевать был ли это Ангел Смерти или Принцесса Селестия — преступление есть преступление! Потом я капнула ещё и нашла кучу всяких пони умерших в Хайтауэре. Ни расследований. Ни чего не было. Другие пострадали от какой то атаки магического мозгового опустошения — все скончались. Ни один пони не занимался расследованием! Кто-то покрывал это, но я не имела понятия кто.
Она фыркнула оглядываясь на тело.
— Софтхэрт уволилась. Не смогла принять этого. Может это была ее травма или что-то еще, но она не могла это так оставить. Она сказала, что чувствует Ангела внутри себя. Просыпалась в комнате дочери с ножом. В конце концов, прыгнула под поезд. Самоубийство… черт… дело закрыто.
Зеленая пятнистая кобыла тяжело опустилась.
