— Правильно для кого? Для нас, кто собирается производить и продавать эти пипетки, и получать с этого доход, это совсем неправильно! — ответил Саша.
— Почему?
— Смотри сам! Ты делаешь пипетку, которая служит десять лет! Ее купили и используют себе на радость долгие-долгие годы. И пока она функционирует, новую не купят. Правильно?
— Правильно!
— А нам, производителям этих пипеток, какая от этого радость? Они купят их один раз и потом десять лет покупать не будут. То есть, если срок годности будет три года, мы их продадим в три раза больше, чем если срок годности будет десять лет. А нам нужно рабочим зарплату платить, аренду и все остальное. Про премии для нас я уж умолчу.
— Интересный у тебя подход. Не советский, — сухо сказал отец.
— Батя! Вечная вещь не имеет смыла. Она требует больших затрат для своего производства, и быстро морально устаревает. И что с этим старьем потом делать? Не лучше ли делать менее прочную, но более дешевую вещь, и иметь возможность заменить ее на новую, более прогрессивную и удобную?
— Я тебя понял и в чем-то ты, безусловно, прав, — вздохнул отец. — Что ты предлагаешь?
— Нужно будет изготовить пресс-формы для пластиковых частей этого дозатора. Но самая главная проблема — это изготовление наконечников для этих пипеток.
— А что там такого сложного? По-моему, это как раз не проблема, — удивился отец.
«Еще какая проблема, — вздохнул про себя Саша, вспоминая о первых китайских наконечниках, которые он использовал в лаборатории, когда они только появились. — Это был чистый ужас. На пипетках они держались плохо, из них вытекала жидкость, к тому же, внешне они выглядели отвратительно. Да, потом они стали совершенствоваться, но на это понадобилось время».
— Дело в том, что необходимы наконечники отвечающие всем требованиям, а для этого нужны идеальные пресс-формы и пластик хорошего качества, — пояснил он.
— Саня! Работа с пластмассой не совсем наш профиль. Я даже не знаю, есть ли у нас станки для работы с ней! — задумчиво произнес отец. — Это совершенно новый вид продукции. Нам не разрешат приобрести такой станок просто так.
— Я знаю, батя, что нужно сделать, чтобы мы могли начать работу с пластмассой!
— Говори!
— Мы должны предложить для производства то, что нужно сейчас всем и в большом количестве! — с воодушевлением произнес сын.
— Говори же уже, не томи!
— Предлагаю разработать и начать производство одноразовых стерильных пластиковых шприцов!
— Одноразовые шприцы? — удивился отец. — Но зачем? Чем плохи стеклянные? Многоразовые.
— Тем, что с их использованием полностью исключается возможность заражения пациентов инфекциями передающимися через кровь.
— Да какие там инфекции. Сифилис разве что, — махнул рукой папа.
— Нет, есть гораздо более важные и страшные болезни, которые передаются именно через кровь. Это, к примеру, вирусные гепатиты разных видов.
— Не слышал о таких, — задумался отец.
«Скоро услышишь. Скоро все услышат!» — подумал про себя сын, а вслух сказал: — Еще Сергей Боткин, наш великий врач-терапевт, описал — в тысяча восемьсот восемьдесят восьмом году — новую инфекционную болезнь, которую потом назовут болезнью Боткина. Ею заражаются через пищу и воду, поражая печень. Вызывается вирусом, который размножается и поражает только клетки печени. Поэтому, он и называется вирус гепатита, — он замолчал.
«Вот как ему объяснить, про вирусы гепатита типа В, С, Е и прочие? Если исследования о первом открытом вирусе гепатита В, называемом „австралийским антигеном“, потому что впервые его обнаружили в крови австралийских аборигенов, были опубликованы только в тысяча девятьсот шестьдесят пятом году доктором Барухом Блумбергом. А доказательства того, что они вызывают вирусное поражение печени, были опубликованы уже в этом году, шестьдесят седьмом! С батей лабуда про Логосферу не прокатит».
— Ладно, Саша! Давай конкретно по этим шприцам, — предложил отец. — Расскажи мне все об этом новом изделии.
— Хорошо, батя! — с готовностью поддержал диалог его сын. — Сначала немного истории. Я ее изучил, когда прочитал у Конан Дойла, что Шерлок Холмс делал себе уколы шприцом: то ли кокаина, то ли героина — для стимуляции работы мозга. Меня, данное обстоятельство, сильно удивило. Оказывается, уже тогда были шприцы.
— Слушай, Сань, как интересно. Признаться, никогда об этом не думал, — отец с любопытством взглянул на сына.
— В современном виде, медицинский шприц изобретён и официально запатентован — в тысяча восемьсот пятьдесят третьем году. Это изобретение было совершено, одновременно, двумя авторами, живущими, кстати сказать, в разных странах — не общавшихся никогда между собой и действовавших независимо друг от друга. Это французский врач — Шарль Правас и врач шотландец — Александр Вуд, — многозначительно кивнул сын. — Такое, между прочим, случается частенько, когда для открытия наступает время.
— Да — это верно, — согласился отец. — Примером тому может служить изобретение радио Поповым и Маркони. Либо же первого самолета Александром Можайским и братьями Райт.
