То, что расслоение по рангам началось давно — это было ясно. Как и то, что вожди народа, кроме самого Сталина и Ленина, были далеко не бессребрениками. В тридцатые годы, в заброшенном корпусе, в Кремле, который потом, уже в новой России, снесли, был обнаружен личный сейф Якова Свердлова, бывшего бандита из Екатеринбурга, который, став вторым человеком в советском государстве, хотел занять первое, вместо Ленина. Но которого, после покушения Каплан, самого убрали, списав все на «испанку». Ключей конечно не было. Вызволили из тюрьмы старого медвежатника. Тот возился около часу, но дверь открыл. Вместо заспиртованной головы царя Николая Второго, которую все ожидали увидеть, в сейфе обнаружились: пачка заграничных паспортов с фотографиями Сверлова, но на другие имена, а так же множество золотых монет и бриллиантов.
Тоже самое было и с другими профессиональными революционерами и их потомками.
Саша вздохнул и сказал: — Ты знаешь, Юля, я слышал рассказ одного человека, который работает в Центральном Комитете партии, что там существует строгая иерархия должностей.
— Это как?
— А так! Его назначили заместителем руководителя отдела. Такой должности там до него не было. Так вот, в буфете, его начальнику, полагался чай с лимоном и печеньем. А простым сотрудникам, только чай с печеньем. Вот у него была должность между ними. И знаешь что?
— Что? — с любопытством спросила Юля.
— Ему стали приносить чай с печеньем, без лимона, но с салфеткой, чтобы показать, что он выше простых сотрудников отдела, но ниже начальника!
— Ты зачем мне все это говоришь⁈ — раздраженно пробурчала Юля.
— Затем, чтобы ты сразу поняла, никакой дружбы у нас с тобой не будет! Она навредит в первую очередь тебе самой, — твердо сказал Саша, и подумал про себя:
«И моим отношениям с Катей».
— Может я сама решу, что мне полезно, а что нет? — насмешливо сказала Юля. — Смотри, какой ты заботливый оказался! Только о моей пользе и думаешь целый день, наверное!
— Нет! Если я скажу, что думаю только о твоей пользе, это будет неправда, — ответил ее одноклассник откровенно, — в первую очередь я думаю о себе!
— И что же именно ты думаешь?
— То, что настоящая дружба требует много времени и сил.
— Но ведь с Катей ты дружил! — голос девушки звучал с вызовом и… упреком. — На нее у тебя нашлись и время, и силы.
— Да! Но ты — не Катя. Это раз! Во-вторых, у нас с Катей были общие планы на будущее. Это касалось и получения высшего образования, и дальнейшей работы. Мы собирались поступать в один университет и сдавать одни и те же экзамены. А ты собираешься поступать на юридический! Там экзамены совершенно другие! В-третьих, мы жили в одном дворе! А ты на другом конце города.
— И что? — удивилась Юля еще больше.
— Провожать тебя до дому — это два часа времени! А его у меня катастрофически мало!
— То есть, после стрельбища ты меня провожать не будешь. Я правильно понимаю?
— Правильно, правильно. Могу только до троллейбуса. Но думаю, что тебя будет забирать служебная машина твоего отца.
— Ты откуда знаешь? Я тебе об этом не говорила! — негодовала одноклассница.
— Будь я на его месте, поступил бы именно так.
— Я все поняла, Иванов. И навязываться тебе не буду. Только помни, что твоя Катя укатила за границу. А я тут, на месте. Все, мне надоел этот разговор.
— Хорошо, как скажешь. К тому же — мы уже пришли!
Они вошли в помещение фотоателье. Очереди не было и через полчаса они, сфотографировавшись, покинули помещение.
— Когда можно забрать готовые фотокарточки? У неё такой тихий голос, я не расслышала, — обратилась Юля к Саше когда они шли на троллейбусную остановку.
— Завтра, в это же время, — бросил Саша небрежно.
От подобного неуважения Юлию просто «выворачивало наизнанку».
— Знаешь, Иванов, ты очень странный и непонятный, — взорвалась девушка не сдержавшись. — Но, — она сделала глубокий вдох: — Спасибо за то, что ты честный. Не врешь и не пытаешься лукавить и изворачиваться.
— Чтобы хорошо врать, нужно иметь отличную память! А у меня с ней проблемы, — рассмеялся Саша.
— Память? — переспросила девушка.
— Конечно, чтобы помнить: что, кому и когда ты соврал. И не перепутать! — и не успела шокированная девушка что-то возразить, как Саша кивнул в сторону остановки и насмешливо произнёс: — Пришел твой троллейбус!
— Хочешь от меня побыстрее избавиться? — девушка обиженно закусила губу.
— Юля, хочешь честно? У меня очень много дел! Не обижайся.
— Вот еще! — щуря глаза, она принялась злобно озираться по сторонам, словно испугавшись, что слова ее спутника кто-то расслышал. — Я себя не на помойке нашла! И у меня тоже много дел! До завтра! — девушка впорхнула в дверь троллейбуса, который тут же уехал.
Саша облегчено выдохнул и направился домой.
Вечером, позвонил дедушка Кати и сообщил, что отправляется на несколько дней в Москву — решать вопрос о создании своей академической группы. Их сложившийся рабочий ритм, на несколько дней, откладывается.
