Мои слова действуют на девушку, она сразу проваливается в сонное царства, наблюдаю за ней около получаса, всё время оглаживаю круглый животик, малыш несколько раз приветствует меня сильными толчками, на душе тепло и уютно, рядом любимая женщина, у которой под сердцем наш малыш. Не замечаю, как сам проваливаюсь в сон.
Проснулся в постели один, бегло осматриваю спальню, за окном уже смеркается. Карамелька видимо не стала меня будить, на душе становится тревожно, вдруг её стало плохо. Быстро поднимаюсь с кровать, одеваю вещи, открываю дверь комнаты, и до меня доносятся голоса. Первый голос принадлежит Аники, слегка успокаиваюсь, но следом тело напрягается, когда слышу повышенный голос… Вероники! Быстрым шагом иду на кухню, именно от туда доносятся голоса, за это время успеваю услышать несколько реплик бывшей жены.
– А ты как хотела дорогая сестрица? Тебе придётся, поделиться наследством, оно также принадлежит и мне, – высокомерно произносит слова.
– Я не стану продавать квартиру, даже не надейся, – твёрдо говорит карамелька.
– А кто говорит про квартиру? Я имею в виду твой не маленький счёт в банке, семьдесят процентов от той суммы очень приятно согреют мою душу, – продолжает Вероника.
Эта лживая сука узнала про перевод Саныча! Замираю у входа на кухню, скрываю своё присутствие, хочу послушать дальнейший разговор.
– Мой личный счёт тебя не касается, эти деньги я заработала сама, они отложены на декретный отпуск, – Аника держится уверено.
– Это где же ты работаешь, если на декретный отпуск ты откладывает сотни миллионов? – с неверием в голосе спрашивает Вероника.
– Какие миллионы? Ты сбрендила? У меня на счету всего пятьсот тысяч, и ты ни копейки с них не получишь, – повышает голос карамелька.
– Не прикидывайся дурочкой! Я про другой счёт говорю, на котором куча денег, – взвизгивает эта дрянь.
Сжимаю кулаки, гнев на бывшую жену кипит лавой, с большим трудом остаюсь на месте.
– Всё, мне это надоело, у меня нет того чего ты просишь! Но предупреждаю, ни квартиру ни мои заработанные деньги ты не получишь, а теперь покинь этот дом, и не смей сюда больше является, – строго произносит каждое слово малышка.
– А я смотрю, у тебя тоже есть зубки, – по голосу понимаю, Вероника ухмыляется, – ты лучше поделись, а то….
– А то, что? – стальным голосом перебиваю её, заходя на кухню.
Моё терпение лопнуло, я понял, что Вероника перешла на угрозы, и решил, что пора вмешается.
Бывшая женушка, некрасиво выпучив глаза, смотрит на меня, её лицо бледнеет, во взгляде неприкрытый страх.
– Ну! Чего замолчала? – повышаю голос.
– Ты что здесь делаешь? – голос от испуга стал писклявым.
Кидаю быстрый взгляд на Анику, малышка нервно теребит пальцами край длинной футболки. Внутри повышается волнение, во что может вылиться появление Вероники? Если карамельки станет вновь плохо, то я точно придушу эту гадину.
– Это ты, что здесь делаешь? И какие деньги ты требуешь с Аники? – сверлю её свирепым взглядом.
Взгляд Вероники мечется от меня на Анику, прикусывает нижнюю губу, гулко выдыхает через нос, расправляет плечи, вздёргивает подбородок вверх.
– Я пришла получить то, что принадлежит мне по праву, – старается произнести уверенно, но я прекрасно слышу дрожь в её голосе.
Прищуриваю глаза, делаю шаг в её сторону, Вероника дёргается, делает шаг назад.
– А я смотрю, ты совсем обозрела, – рык сам вырывается из груди.
Сжимаю кулаки, делаю ещё один шаг в её сторону, на мои плечи ложатся холодные ладошки, поворачиваю голову, Аника! Бледная и испугана.
– Демьян, не трогай её, – шепчет малышка.
Закрываю глаза, делаю глубокий вдох и выдох, карамельку нельзя пугать, наш малыш должен родиться здоровым и в положенный срок.
– Ни трону, только ты не волнуйся, – обнимаю и целую её в висок.
С боку раздаётся нервный хохот, смотрю на Веронику, она начинает хлопать в ладоши.
– А ты сестрица молодец, быстро его прибрала к рукам, своему бэбику папочку нашла, – кивает на живот Аники, – настоящий-то папаша видимо отказался от такого подарочка, – язвительно произносит Вероника.
– Рот закрой, – зверь внутри ревёт от ярости, – ещё хоть слово из твоего поганого рта прозвучит в сторону Аники, я сломаю твою шею, – голос настолько холодный, что даже Аника вздрагивает.
Вероника втягивает голову в плечи, страх отражается на её лице.
– Слушай меня внимательно и запоминай, ты никогда больше не приблизишься к Анике, и никогда больше не заикнёшься про деньги, которые тебе не принадлежат, а если посмеешь, я засажу тебя за решётку и поверь, я это сделаю, – произношу проникновенно.
Вероника кидает злобный взгляд на карамельку, сжимает сумочку в руках и быстрым шагом покидает кухню, с коридора доносится её торопливые действия, видимо одевается, следом слышится громкий хлопок входной двери.
Аника облегчённо выдыхает, её тело расслабляется, и если бы я не придерживал её рукой за спину, то она бы упала.
– Эй, малышка ты чего? Тебе плохо, – подхватываю девушку на руки и несу её в гостиную на диван.
– Что-то голова закружилась, – глубоко дыша, произносит карамелька.
