Наконец за стол уселись все. Завтрак (или обед) начался. Немного перекусив, я стал чувствовать себя лучше. Во время еды практически никто и ни о чём не говорил. Все ели молча. То ли это было каким-то обязательным условием в доме, то ли все просто боялись разговаривать в присутствии главы семьи. Так или иначе, это мало волновало, поэтому я просто наслаждался едой, которую не пробовал ни разу за обе жизни.
В какой-то момент, закончив приём пищи, отец повернулся к матери, поцеловал её в щеку, сказал: «спасибо, дорогая», после чего встал из-за стола и обратился ко мне с крайне неожиданным заявление:
– Жду тебя в своём кабинете через десять минут.
После чего покинул кухню.
– Не волнуйся, – сказала Ника, – это всё его армейские привычки. Постоянно всем раздаёт время на выполнение задач.
– А от меня-то он что хочет?
– Наверное, познакомиться.
Наверное. Познакомиться. Или сказать, чтобы я держался от его дочери подальше. Не то что бы я слишком боюсь его запретов и готов так просто забыть про девушку мечты, но и воевать с таким серьёзным человеком тоже не хотелось бы.
Выслушав, в какой примерно стороне находится кабинет и какое-как отыскав его после нескольких кругов по дому, зашёл внутрь.
– Вызывали? – спросил я, уже стоя напротив старинного дубового стола.
– Вызывали, – подтвердил отец, перелистывая в руках бумаги со стола. Перелистав всё как следует и отложив макулатуру в сторону, он взглянул на меня, после чего протянул огромную ручищу и сказал: – Олег Сергеевич.
Я подошёл ближе, ответил на предложенное рукопожатие и сказал:
– Влад.
Наши ладони расцепились после недолгого рукопожатия.
– Присаживайся, – Олег Сергеевич указал на диван, стоящий в одном из углов.
Я направился в сторону дивана.
– Меня ждёт допрос? – спросил я, присаживаясь.
– И да, и нет.
– Это как?
– Конгломерату нужна ваша помощь, Владислав.
– Конгломерату? – не понял я сначала.
– Если хотите, можете называть его тайным сообществом.
А потом как понял.
Не планировал я, конечно, что тайное сообщество захочет связать со мной так скоро. Не знаю, что стало основополагающим фактором для такого поступка, но догадываюсь, что это был вовсе не наш союз с Марком. Нет, скорее всего, дело было в том, что я сблизился с Никой. А отец Ники, как я понял тогда, был тесно связан с Конгломератом.
– Моя помощь? – сыграл удивление я. – На какую помощь вы рассчитываете, обращаясь к четырнадцатилетнему ребёнку?
– Влад, давайте не будем устраивать сцен, – спокойно ответил отец Ники. – Тот факт, что вы решили связаться с моей дочерью, сильно меня раздражает. Но ведь я держу себя в руках. И не позволяю себе ничего лишнего, ради нашего с вами общего блага. Поэтому и вы будьте добры вести себя подобающе и не делать вид, будто ничего не понимаете. Я знаю, кто вы, а вы теперь знаете, кто я. Очень надеюсь, что этот разговор станет началом хорошего сотрудничества.
Отличное сотрудничество. Отец Ники тесно связан с Конгломератом. Конгломерату нужна моя помощь. Он знает, кто я, а я теперь знаю, кто он…
Озвученные мысли сыпались одна за другой, оставляя за собой длинные следы в виде вопросов. Какую должность отец Ники занимает в Конгломерате? О каком сотрудничестве речь? Что он знает обо мне? Кто я? Я знаю, что я избранный, но в чём именно заключается моя избранность? Кажется, Марк говорил, что это они будут мне помогать, а не наоборот. И он всерьёз думает, что я могу помочь целому тайному мировому сообществу? Я – четырнадцатилетний школьник без каких-либо магических способностей и грандиозных умений? Он всерьёз думает, что я способен помочь сообществу, которое запросто может создать машину времени? Если да, то, кажется, у этих ребят серьёзные проблемы. Кажется, они где-то свернули не туда.
– Хорошо. Чем я могу вам помочь? – наконец спросил я.
Впервые за всё время я увидел улыбку на лице Олега Сергеевича. Слабую, короткую, быстро исчезнувшую, но улыбку. Которой было достаточно, чтобы… испугаться. Да-да, именно испугаться. Потому что это была совершенно не та улыбка, которую можно назвать доброжелательной.
– Предлагаю, для начала, познакомиться.
– Ну давайте познакомимся.
– Как меня зовут, вы уже знаете. Место моей работы знаете тоже. Наверняка, единственный вопрос, которым вы сейчас задаётесь – кем именно я работаю?
– Верно.
– Скажем так: я выполняю грязную работу. Тёмный кардинал на службе у тёмного тайного сообщества. Именно благодаря слаженной работе моего спецотряда, без вести пропадают неугодные сообществу люди.
– Очень грубая работа.
– Если вы о том, что тайное сообщество по всем законам жанра должно всячески изощряться и избегать ликвидации, то вы ошибаетесь. Главная задача – добиться цели любой ценой, не раскрыв при этом само сообщество. Всё остальное неважно.
– Никто и не сомневался, что человеческая жизнь – это всего лишь разменная монета в играх больших дядек, – философски выдал я. – Просто захотелось поделиться своим мнением о вашей работе, вот и сказал то, что сказал. Вы же не против? Мы ведь тут, вроде как, знакомимся.
