— Давайте снимем шлем и ты нам, Саша, все расскажешь! — ловко отстегнув шлем, она быстро сняла его, обтерла лоб и лицо Саши ваткой со спиртом, и также обработала внутреннюю поверхность шлема. В комнату вошли отец Саши и Сергей Порфирьевич. Отец был очень недоволен.
— Саша! — строго сказал он. — Ты что сделал?
— Я отправился в недалекое будущее! — честно признался сын.
— Ну как же так! Мы же договорились, что будем это делать, только выяснив как гарантированно стопроцентно вернуться обратно! — не унимался отец.
— Вот честно! Не знаю даже как это получилось! — повинился Саша. — Наверное, это обстановка и настрой виноваты. Я как лег на кушетку, как меня взяла за руку Катя, так меня сразу потянуло само! Я даже не очень и хотел. Как будто какая-то сила меня привела в кабинет Сергея Порфирьевича два дня тому… вперед!
— Что? В мой кабинет через два дня? Почему именно туда? — удивился дедушка Кати.
— Потому что через два дня к Вам в кабинет, в десять часов утра, придет оперуполномоченный из ОБХСС и будет задавать Вам вопросы.
— Что? Оперуполномоченный из ОБХСС? — удивился руководитель Академической группы. — Зачем? У нас что: торговая база, магазин или завод? Ведь Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности (ОБХСС) — это отдел, в составе системы органов внутренних дел СССР (милиции) по борьбе с хищениями социалистической собственности в организациях и учреждениях государственной торговли, потребительской, промышленной и индивидуальной кооперации, заготовительных органах и сберкассах, а также по борьбе со взяточничеством и спекуляцией. В нашей Академической группе он что забыл?
— Подождите, Сергей Порфирьевич. Сейчас все выясним. А ты уверен в этом, Саша? — настаивал отец. — Логичнее было бы представить, если бы он пришел к нам на завод, для проверки наших хозрасчетных дел.
— Я ни в чем не уверен. А вот у нас теперь появилась возможность проверить, на сколько правдивы эти путешествия. Я же не знаю, бать, может он еще и к вам на завод придет, — ответил Саша задумчиво. — Ну а сейчас давайте подумаем и порассуждаем, если бы он пришел, то к чему бы он мог у нас придраться?
— Ясно к чему! — вспыхнула азартом Анна. — Все это оборудование, кроме разве что кушетки и мотоциклетного шлема. Первый вопрос: откуда оно взялось?
— Точно! Именно этот вопрос он и задал! — подтвердил Саша.
— Ну это просто! — вмешался муж Ани. — На каждый прибор у меня есть бумага, что он официально списан. Все они стоили не больше двух тысяч рублей, поэтому списание производили сами предприятия.
— А осциллограф? — заволновалась Катя. — Он не выглядит поломанным.
— А другие приборы, включая осциллограф, взяты мною в аренду, о чем тоже есть сопутствующие документы.
— К чему еще могут придраться? — спросил Сергей Порфирьевич.
— Он еще спросил, за какие деньги и где закупались строительные материалы, как оплачивался труд рабочих и откуда они взялись, — вспоминал детали Саша.
— Хорошо, что мы теперь знаем, чем он интересовался! — не скрывая удовольствия, произнес дедушка Кати: — Скажем, что мы сбросились своими личными деньгами. Стройматериалы нам выписала Академия из своих фондов. Рабочих выделил институт, который до этого передал нам помещения. А бригада шабашников, которая уже уехала, так это были рабочие с Западной Украины, которые работали тут во время своего отпуска! Мы им заплатили из личных средств, за которые не обязаны отчитываться.
— Правильно! Тем более, что так и было! — поддержал его отец Саши. — Но я не помню вообще, чтобы научные академические подразделения проверял ОБХСС! Ревизоры из Академии — да, ревизоры из Министерства Финансов — да! Но ОБХСС? Такого не припомню.
— Зато я понимаю откуда дует этот гнилой ветер, — произнесла Анна задумчиво озираясь по сторонам. Все дружно повернулись к ней.
— Анечка, говори, пожалуйста, — попросил ее муж, — но непременно поясни откуда ты это знаешь? Ведь, я так понимаю, ты владеешь информацией, которую мы не знаем.
— Да, Анна, поделись с нами своими соображениями! — присоединились к просьбе ее мужа все — присутствующие в комнате — члены Академической группы.
— Кому подчиняется ОБХСС? — спросила Анна.
— Руководителю милиции… наверное, — сказал неуверенно Саша.
— Правильно! Катюша, ты помнишь кого мы встретили в магазине, когда покупали постельное белье?
— Кого? — удивилась Катя. — Юльку Крякину что ли?
— Вот именно! А чья она дочь? Ты не забыла? Не забыла, что она говорила?
— Катенок? — спросил Саша. — Ты мне ничего об этом не рассказывала.
— Да я не придала этому значения! Аня, ты думаешь, это она подговорила своего отца? — спросила свою свекровь Катя.
— Точно не знаю, но подозреваю!
