— Понимаю, — усмехнулся Генерал, — господа ассистенты! Думаю мы закончили обсуждать доклад нашего брата Альфонсо о его поездке в Московию. Поэтому вы, — он рассмеялся, — и ваши слуги, свободны! А ты Альфонсо останься, у меня к тебе важное дело. Да, и возьми с собой своего слугу, а то, как бы он еще кого-то тут не побил!
Мы втроем вошли в келью генерала, оставив на улице возмущающихся ассистентов и их стонущих побитых слуг. Нужно сказать, что келья была весьма просторна и изысканно убрана. Она состояла из двух комнат. Первой был большой зал, где стоял большой стол со стульями. На стене висели иконы и большой портрет человека в монашеской одежде, который, как я узнал позже, был портретом Игнатия Лойолы.
— Садитесь оба, — пригласил нас Генерал, искоса поглядывая на меня. Альфонсо сел, а я остался стоять, ведь по легенде я не знал итальянского языка. Генерал рассмеялся:
— Ты хорошо его выдрессировал, мой мальчик, — обратился он к Альфонсо, — можешь другим рассказывать что угодно, но я уверен, что он прекрасно понимает итальянский! В противном случае, ты бы меня сильно разочаровал!
— Вам я не могу лгать, мой господин, — поклонился, приподнимаясь, Альфонсо, — истинно все так, как Вы говорите.
— Это правильно! — одобрительно кивнул Генерал. — Мы испанцы, должны быть на шаг впереди этих итальянцев. Я знаю, как они тебя ненавидят.
— Для меня главное Ваше расположение, мой Генерал! — твердо произнес Альфонсо.
— Как говорят в этой северной варварской стране? Жалует царь, да не жалует псарь? — вздохнул глава Ордена. — Я не вечен, а они без меня тебя просто сожрут. Поэтому, я тебе поручаю важнейшее и секретнейшее дело!
— Я готов выполнить любое Ваше задание!
— Я знаю, мой мальчик, знаю! — генерал подошел к шкафу, открыл его ключом висящим на его груди, и вынул оттуда лист бумаги.
— Садись, и пусть сядет твой слуга, разговор будет долгим, — глава Ордена сел в кресло во главе стола.
— Это сообщение из Нового Света от брата нашего Диего, который несет свое послушание на полуострове Юкатан. Вот, что он пишет:
'Мой Генерал!
Настоящим, спешу сообщить Вам, мой господин, следующее. Сопровождая отряд воинства Христова, который несет свет истинной католической веры местным дикарям, пребывающим в пучине и бездне самого гнусного язычества, наткнулись мы в джунглях, которые являются несомненно порождением самого Сатаны, на человека.
Человек этот был несомненно христианином, а точнее священником, последним выжившим членом одного из отрядов испанцев, которые искали сказочный город Эльдорадо, где все сделано из золота! Я лично думаю, мой генерал, что это сказки и выдумки, но многие в это верят.
Человек этот был при смерти. Длительное пребывание в сатанинских кущах без еды и воды истощили и иссушили его тело, которое было покрыто язвами, сочащимися гноем и ошметками струпьев. Движимый состраданием к ближнему своему, упросил я командира отряда, отъявленного головореза, в сердце которого никогда не заглядывало сострадание, не бросать несчастного в лесу, как он хотел это сделать, убедившись что ничего ценного у него нет.
Но найденный отходил к отцу нашему небесному и чувствуя свой конец попросил меня исповедать его. Во время исповеди, открыл он мне, что с ним случилось и где и как сгинул их отряд. Сведения, что он сообщил мне, настолько важные что превосходят по ценности любое количество золота и серебра, со времен Мафусаила!
Поэтому о них я тут писать не могу. Прошу Вас, мой Генерал, прислать мне сюда верного человека, обученного военному делу, чтобы я с ним снарядили экспедицию и по результатам ее, могущество нашего Ордена вознеслось на недосягаемую для остальных высоту.
Жду Вашего ответа. Верный слуга Ордена. Ваш Диего!'
— Ну что скажешь, Альфонсо? — спросил моего хозяина Глава Ордена.
— Думаю, послание зашифрованное, — задумчиво ответил испанец.
— И я в этом уверен, — согласился генерал, — что может быть ценнее золота и при чем тут Мафусаил, один из патриархов?
— Ценнее золота? — переспросил Альфонсо. — Это спасение души и чести!
— Не думаю, что наш брат Диего имел ввиду это, — рассмеялся Глава Ордена, — что может там, в тех забытых Богом местах, спасти христианские души?
— Возможно, подсказка кроется в упоминании Мафусаила? — предположил иезуит. — Чем он известен? Мафусаиил в Библии — один из праотцов человечества, сын Еноха, потомок Сифа, был дедом Ноя. Прославился своим долголетием: он прожил девятьсот шестьдесят девять лет, став старейшим из людей! Почему он упомянул патриарха, который жил дольше всех?
— Возможно, он узнал о том, как продлить жизнь до пределов Мафусаиловых? Это точно может быть дороже любого золота! — кивнул Генерал. — Хорошо, больше мы все равно ничего пока — сидя тут — не узнаем. Поэтому, мальчик мой Альфонсо, никому я больше не могу поручить это деликатное дело. Ты готов отправиться в Новый Свет и выяснить, что хотел сказать нам Диего?
— Вам стоит только пожелать, мой генерал, — встал и поклонился мой хозяин.
— Я даже не сомневался в этом!
— Когда мне отправляться в путь?
