– Да кто ты такой… – возмутился мужчина и неожиданно нанес удар в живот, отчего Даниил согнулся, а Стас, воспользовавшись временной заминкой, ударил его по лицу. Даниил захрипел и тут же стал наносить четкие удары кулаком в грудь и лицо противника.
Надежда вскрикнула, не ожидая такого поворота событий от взрослых мужчин.
– Перестаньте! Перестаньте! – закричала она. – Не позорьтесь. Вы взрослые люди! Боже мой!
Женщина закрыла рот, пытаясь дышать нормально, но выходило только хрипение. И только она хотела еще раз попробовать успокоить драчунов, как Стас оказался сидящим на земле с хорошим фингалом под глазом и разбитым носом, а Даня стоял над ним.
– Надя – моя жена. Никогда не смей к ней прикасаться, уважай ее желания. Черт, я не хотел, чтобы так все получилось, но ты первый повел себя, как дебил, – выкрикнул он, пытаясь держать себя в руках.
Стас сплюнул кровь и, посмотрев на Даню, а потом на замершую в ужасе Надю, прохрипел:
– Твою же… Надь, прости. Накипело все. Я не хотел тебя пугать.
Женщина молчала, даже не желая больше рта открывать.
Стас глянул на нее и спокойно сказал:
– Прости. Я больше не потревожу. Обещаю. Я правда не хотел. И в драку не думал лезть, но сорвался.
Надя кивнула и, выдавив из себя слова, прошептала:
– Желаю тебе счастья, Стас. Прощай, – и подошла к Дане, чтобы посмотреть, что у него разбито, так как на лице была кровь.
– Как ты? – с беспокойством спросила она.
Даня сжал ее в объятиях и сказал в волосы, что все хорошо. Отпустил на мгновение и подошел вплотную к Стасу, подав руку. Тот недовольно посмотрел на него, но, вздохнув, принял руку и поднялся.
– Извини, – буркнул Станислав.
– Бывает, – сказал Даня и, отпустив руку соперника, обнял жену, добавив для уточнения: – Я тебя предупредил. Прощай.
– Понял уже, – сказал Стас и поковылял в сторону работы Надежды, где оставил свою машину.
Как только Надя и Даня пришли домой, жена быстро разделась и направилась в кухню за теплой водой и марлей. Усадив мужа на диван, она, недовольно сопя, протерла ему лицо и обработала разбитую губу.
– Не знала, что ты драчун, – тихо сказала она.
– Угу.
– Что угу?! – возмутилась она в ответ.
– Есть немного, когда кто-то пристает к моей любимой женщине.
– А эта женщина, между прочим, поседела годков так на пять от ваших разборок, – повысив голос, заметила Надежда.
– Ну что же. Буду любить ее и седую, – с улыбкой на разбитых губах сказал Даниил.
Надежда улыбнулась и, убрав все, села с ним на диван. Они несколько секунд сидели молча, а потом Даниил сказал:
– Прости, что напугал.
– Не прощу, – буркнула Колмакова.
Даня сгреб жену себе на колени и поцеловал в губы, но тут же зашипел от боли.
– Все равно не прощу, – настороженно и с волнением проворчала Надя.
– Что же, тогда остается самая последняя попытка, – изрек Даниил.
Надя посмотрела в его хитрющие глаза и с любопытством уточнила:
– И что за попытка?
– Соблазнить свою обидчивую жену….
– Думаешь, поможет? Особенно когда ты… временно инвалид, – страстно спросила Надя, возбуждаясь от горячего взгляда мужа, его бархатного голоса и сильных рук, пытающихся снять с ее тела простенький халатик.
– Я буду очень стараться, – прошептал мужчина.
– Даже так?
– Только так! – сказал Даниил и нежно поцеловал мягкие губы жены, от желания уже не чувствуя боли.
Сладкий поцелуй плавно переходил в страстный, и они уже с горячим рвением снимали одежду, чтобы быть ближе друг к другу. Даниил целовал губы, шею, грудь жены, слушая, как музыку, глубокие стоны желанной женщины.
Надежда громко вскрикнула, когда муж ворвался во влажное лоно, крепко обхватывающее его достоинство. Она горела, чувствуя, что находится на грани восхитительного удовольствия. Даниил мощными толчками двигался внутри нее, каждый раз проникая все глубже. Надежда уловила ритм, мгновенно последовав ему. От этой невероятной слитности Даня потерял контроль над собой и повлек жену на вершины чувственности, осознавая, что этой женщины ему всегда будет мало. Она – все, что ему нужно: страсть, желание и любовь. Его чувства нельзя описать, только показать, что он и делал, сводя с ума Надежду и себя, пока они оба не шагнули через край, в бездну наслаждения.
4 недели спустя
Вечером в конце рабочего дня Надежда подошла к кабинету Санорской Ангелины Андреевны, врача-гинеколога высшей категории и, постояв у двери несколько минут, постучала.
– Войдите, – услышала она и тут же вошла в кабинет.
– Ой, Наденька. Ты по делу? – вежливо спросила немного полноватая седая женщина в очках, заполняя карточку только что ушедшей пациентки.
– Да… нет. По личному.
Санорская медленно подняла глаза и, внимательно посмотрев на Надежду, улыбнулась:
– Беременна?
– Задержка две недели, – ответила Надя, загадочно улыбаясь.
– Проходи, милая, за ширму и раздевайся, а потом на кресло. Я кабинет закрою, чтобы нас не беспокоили.
Через десять минут женщины сидели за рабочим столом, и Ангелина Андреевна с улыбкой сказала:
– Ну что, срок примерно четыре – пять недель, в принципе все нормально. Были аборты?
– Да, самопроизвольный выкидыш на сроке 13–14 недель три года назад.
