- Мои родители долго не могли завести детей, - объяснила та, - я родилась, когда маме уже было сорок, так что круг интересов у меня соответствует возрасту семьи, то есть книги – классика, а музыка - тоже классика или романсы. Попсу, рок или диско дома не признают, вот и пришлось мне приспосабливаться.
- Ладно, давай попробуем.
Я о прошлом теперь не мечтаю,
И мне прошлого больше не жаль,
Только молча к груди прижимаю
Эту тёмно-вишнёвую шаль.
С первых же звуков, пропетых Надеждой у Галины глаза просто засветились от счастья. Тембр голоса Нади - низкий, мягкий, будто ласкающий слух - был совершенным для исполнения романсов. Девушка, сев на широкий подоконник, взялась переплетать густую светлую косу. Поглядывая на ловкие пальцы гитаристки, она пела о любви, а когда последний звук затих и наступила тишина, вдруг с нижних этажей (почти все студенты перед сном открывали окна, чтобы покурить) раздались дружные аплодисменты.
Надю смело с подоконника и она уставилась в окно, будто увидела там что-то страшное, но Галка, прыгнув сзади с объятиями, оглушила её, заорав, как сумасшедшая.
- Ты невероятная! Это не голос, это - сокровище! Класс!
- Тебе понравилось? – потрясённая Надежда не могла поверить своим глазам, видя слёзы восхищения подруги.
- А ты сомневаешься? – Галя вдруг затихла, смешно прижав голову к плечу и рассматривая соседку по комнате, словно диковинку. – Ты вообще когда-нибудь пела на людях?
- Нет, только для родителей.
- У тебя божественный голос, понимаешь?
- Не говори глупостей, - отмахнулась Надя. – У нас в городе на танцах выступает один парень, он так талантлив, сочиняет песни и классно поет, вот у него голос. А я… я только романсы пела, а кому они сейчас нужны? Все любят попсу повеселее или диско. А мне нравится соул. И блюзы. Я даже знаю один.
- Да? А какой?
- Summertime. Его поет Элла Фитцджеральд, знаешь?
- Не уверена, - Галка подтащила Надю к окну и предложила. – А ты спой так, без сопровождения, а я по ходу постараюсь подобрать аккомпанемент.
- Я стесняюсь, - прошептала Надежда.
- Тебя же никто не видит, - резонно заметила Галка, - а мне послушать очень хочется, пожалуйста.
- Ладно, но если не понравится, сразу дай знать.
Вздохнув полной грудью, Надя запела и вновь всё вокруг затихло, потому что сочный глубокий голос и совершенное исполнение блюза перекрыли звуки галдящего общежития. Пропев первый куплет и увидев, как машет руками Галка, мол «не могу подобрать аккорды, пой так», Надя продолжила петь знаменитую колыбельную и голос её плакал и вздыхал, заставляя слушателей не дышать, а когда блюз стих, общежитие взорвалось аплодисментами.
Подружки, обнявшись, прыгали по комнате и с той поры их пара - гитара-голос - стали любимыми гостями у студентов на вечерних посиделках в выходные.
Увидев гитару, Женя требовательно посмотрел на Надю и отрицательно качнул головой, давая понять, чтобы девушка не раскрывала его инкогнито, петь он не собирался, да и просто не хотел. А студенты, тем временем радостно зашумели, но вскоре общий гул стих, все знали требования – никакого шума.
Поняв, что отступать поздно, Надя подавила панику и сказала себе «Я пою уже второй год, публику не боюсь, так что всё нормально». А потом в её душе загорелся азарт доказать красавцу-земляку, что он не один такой исключительный. Девушка пошепталась с подругой, обговорив репертуар, и выступление началось.
В том саду, где мы с вами встретились
Ваш любимый куст хризантем расцвел
И в моей душе расцвело тогда
Чувство яркое первой любви
Отцвели уж давно хризантемы в саду
Но любовь всё живёт в моём сердце больном…
