— То ли еще будет, — довольно улыбнулась вожатая. А зрачочки-то расширены, ай-ай-ай. — Надеюсь, что по окончании смены у вас останутся самые лучшие воспоминания о нашем лагере. Воспоминания на всю жизнь!
Вот тут не подкопаешься. Что на всю жизнь — это уж наверняка.
Столовая была пока еще не оккупирована пионерами, поэтому ужин должен был пройти в относительном спокойствии. Взяв довольно неплохие на вид котлетку с пюрешкой и небольшой порцией зеленого горошка, мы подсели за столик к Славе с Женей. Ну, как подсели — Славя нас жестом пригласила, а Дэнчик меня уже чуть ли не за рукав приволок.
— Приятного аппетита всем! — сдержанно пожелала Женя.
— Спасибо, — кивнул я. Чего-то вспомнил нашу перепалку. И стало интересно. Человек-то образованный. Стоит обратить внимание. — Жень, а у тебя эйдетическая память?
— Если бы, — мечтательно вздохнула та. — Тогда не пришлось бы перечитывать книги по несколько раз, чтобы хоть что-то в голове отложилось. Но мне повезло, времени на это хоть отбавляй, что здесь, что дома.
— Женя — заведующая библиотекой, — пояснила Славя.
Я тут же воодушевился. Библиотека это хорошо. Даже очень хорошо. А то на одном случайно взятом с собой Адамсе я далеко не уеду.
— Слушай, а есть у вас что по ветеринарной медицине? Или только про войну, да коммунизм?
— Не знаю, посмотрю, — как-то недовольно ответила Женя. Будто ее кто насильно заставляет.
— Кстати, Жень, с нами сейчас сидят наши потенциальные Золотниковы, — прощебетала Славя.
Че?
— Они? — скривилась Женя. — Ясенева, ты шутишь? Хотя… Не, ну, в принципе… — девушка оценочно окинула нас обоих предельно внимательным взглядом. — Умник вполне может Василия Петровича сыграть. А этот тогда Александра. С его детским личиком самое то.
— Эй! — возмутился Дэнчик. Ну да, попробовала бы библиотекарша сказать такое, увидь его с бородой. А сейчас он действительно похож на кудрявого пупса. И я надеюсь, что у меня хватит ума этого не озвучивать. Никогда. Я слишком дорожу его дружбой.
— Так и планировала почему-то, — ответила Славя, едва заметно покраснев. Чей-та вдруг? А, собственно, какая мне разница?
— Спешу напомнить, что я вообще-то еще не давал никакого согласия, — спокойно сказал я. Как правильно стоит начать протест? Только хотел поговорить о чем-то действительно важном, нет, опять они со своим спектаклем. Девушки…
— Да ради Бога, не велика потеря будет, — покровительственно фыркнула Женя.
— Полностью согласен. Что для меня, что для российского театра, — не преминул подыграть я библиотекарше и, не добив ужин, поспешил удалиться от столика этих горе-театралов.
Начинался великолепный закат. Круглое, отполированное солнце величественно, с необыкновенным достоинством, вплывало в землю. Смутная тревога кольнула меня, неприятная, странная, раздражавшая прежде всего своей непонятностью. Не то предчувствие, не то прозрение, не то напоминание. Что же меня ждет дальше? В «Совенке» я уже около пяти часов, а так до сих пор ничего толком и не понял. Просто если исключить сам факт моего нахождения здесь и прочие небольшие странности, то все здесь… совершенно нормальное. Даже слишком нормальное. Идеальная модель пионерского лагеря, где все радостные, добрые и дружелюбные. И вот что тут прикажете делать? Просто, как я уже ранее обозначал, подыгрывать местной пионерии и радоваться жизни? Сюжет. Я уже прямо представляю:
«Привет, я Фродо, я уничтожил Кольцо Всевластия, созданное темным владыкой».
«А я Гарри, я семь лет сражался с темным волшебником и победил его. Потом про меня, конечно, написали жуткий фанфик, который почему-то стал каноном, но я не жалуюсь».
«А я Питер. Меня укусил радиоактивный паук. После того, как мой дядя погиб по моей вине, я стал борцом с преступностью, известным, как Человек-Паук».
«А я Максим, и я две недели жил в пионерлагере».
Звуки сверчков.
— О чем думаешь, братишка?
Дэнчик. Странно, что без Слави. И что снова не уговаривает меня примерить на себя роль неизвестного Петровича.
— О том, что литературный герой из меня, как из говна конфетка, — отозвался я. — Проще говоря, ни о чем. Небольшая порция вечерних рефлексий. Слишком много событий за день.
— Да, это точно, — согласно кивнул Дэнчик. — Я тут к вожатой сейчас подходил, типа, с дороги устали, все дела. Короче, она сказала, что, если хотим, то можем отбиваться. Администрацию она поставит в известность.
Дэнчик, ты же моя умничка! У самого промелькали мысли лечь сегодня пораньше на боковую. Хорошо, что теперь мы можем это сделать официально.
Я не успел обрадоваться, как перед глазами возникла запыхавшаяся и красная, почти под цвет футболки, Ульяна.
— Ребят… пожалуйста… помогите… — еле дышала она.
— Чего случилось? — напрягся Дэнчик.
— Да мы с Лиской, короче, за территорию вылезли, думали до заброшенного корпуса в лесу прогуляться… А она упала… Теперь встать не может… Помощь нужна, до домика донести ее…
Ульянка смахнула пот со лба и окинула нас умоляющим взглядом.
