И до чего же все-таки приятно действительно быть хозяином своей собственной жизни! Теперь-то уж мне есть, с чем сравнить.
— Юль, слушай, я так понимаю, что это именно ты создала это место… А почему именно пионерский лагерь?
Вопрос вполне невинный, но, при должном рассмотрении ответа, который я все же рассчитывал получить, он может пролить свет на некоторые вопросы. Ну, мне так хотелось бы думать.
— Почему? — эхом повторила Юля. — Эх, если бы я целыми днями задавалась вопросом, почему я делаю так или иначе, у меня не хватало бы времени на то, чтобы сделать хоть что-то.
— Воистину, — подтвердил я с могильной серьезностью. — Так что нам лучше не тратить времени попусту.
Перегнул. Хотя, может так и надо? Более чем очевидно, что девочка-кошка специально пудрит мне мозги, посему нутро все же решило воспротивиться и отказаться просто так все это сносить.
— Просто мне казалось, что это будет хорошей идеей, — в голосе девочки-кошки прослеживалось какое-то сожаление. — У многих пионерские лагеря ассоциируются с чем-то добрым и светлым. Такое, знаешь, райское место, где молодые люди обретают новых друзей, взрослеют, находят себя. Разве не идеальная обстановка, чтобы пересмотреть свою жизнь и сделать правильные выводы?
Даже странно, что мне потребовалась больше, чем пара секунд, чтобы осознать сказанное Юлей. Просто сейчас я по понятным причинам думал в совершенно другом режиме. Правильные выводы, значит. То есть, если я сейчас мыслю в нужном направлении, отсюда действительно можно выбраться, если измениться к лучшему. Никаких бесконечных витков.
Вот почему Пионер застрял! Несмотря на все уроки, что ему преподносил лагерь, он так и не сделал правильных выводов и из-за этого варится в бесконечной временной петле. Понятно теперь, почему он так старательно отговаривал нас от того, чтобы заводить здесь с кем-то романтические отношения. Очень многие из тех, кто бывал в настоящих пионерских лагерях, встречали там свою первую любовь. А эта такая вещь, может перевернуть жизнь человека с ног на голову. Алиса для меня, как и Славя для Дэнчика, стали толчком к тому, чтобы изменить свою жизнь. Чего Пионер не мог допустить. Он хотел, чтобы мы совершили ошибку, оставшись тем самым на новый виток. И так до бесконечности.
Вот только ему какая выгода? Я помню, как он в порыве ярости проговорился про некую договоренность. И очевидно, что имел в виду он Юлю. Получается, он с ней поспорил на… нас? Но ведь это же не он выбрался из «Совенка» в обмен на наши с Дэнчиком души. Как-то не сходится при таких знаменателях. Только если… Так-так…
— Я правильно понял, что у вас с Пионером была договоренность, что если у кого-то, кто не является другим Семеном, не получится выбраться отсюда после первого витка, то лагерь его отпустит? — спокойно поинтересовался я, учтиво склонив голову. — И ты выбрала нас с Дэном, так ведь? Не было никакого обмена, как он говорил, все это обычное вранье, чтобы нас одурачить и расположить к себе?
Мельком взглянув на Юлю, увидел, что она озадачена ничуть не меньше меня. Хотя и не выглядела сильно удивленной.
— Вот значит, как… — бесстрастно процедила она. — Я даже и не думала, что он зайдет настолько далеко с самого начала. Хотя стоило. Сема-Сема, ну зачем же ты все так усложняешь…
Опять пытается соскочить. Нет уж, не в этот раз.
— Юль, я вроде вопрос задал, — напомнил я, втянув воздух. Голос немного дрожал от эмоций, рвущихся наружу сквозь напускное спокойствие.
Возникла небольшая пауза, во время которой я изо всех сил пытался сохранять ровное дыхание. Наконец девочка-кошка пожала плечами, как будто вопрос не имел большого значения, и снисходительно улыбнулась. Меня это покоробило, но ничего сделать с этим я не мог, увы. Не в моих возможностях.
— Да? Ой, прости. Я по-прежнему не уверена, что стоит, но, раз уж ты все равно догадался… Да, Макс, мы с ним поспорили, конечно же не было никакого обмена. Вы сейчас находитесь в его цикле. Просто несмотря на все, что он сделал, он мне очень дорог, как и каждый Семен, который сюда попадает. Но конкретно от него я устала. Устала от его жестокости. Так что я сама предложила этот спор. Моя последняя попытка исправить его.
Что ж, вот все и встало на свои места. Успокаивало ли меня эта информация? Немного. По крайней мере, можно теперь не переживать о бесконечном лете. Рано или поздно, но домой мы с Дэном вернемся. Если бы еще можно было как-то захватить Алису… Но на этот вопрос мне хранитель лагеря точно не ответит. Так что тут уж сам. За счастье надо бороться своими силами, иначе никак.
А вот с последнего ее предложения я невольно прыснул:
— Ты уж прости, но… Разве его можно исправить? По нему психушка плачет, он ведь сумасшедший маньяк, который убивал людей. Не думаю, что альтруизм здесь уместен.
Руки Юли дернулись, но так и не собрались в кулаки. Показалось, что она даже как будто постарела, словно никогда и не выглядела, как молодая и красивая девушка.
