Внутри библиотека оказалась очень тихим и даже в какой-то степени мрачным местом. Очень действовали на атмосферу изобилие советской символики. Весьма отчетливо чувствовался запах пыли. Кажется, здесь мало, кто бывает. Оно и неудивительно — поди заставь юное поколение, и без того уставшее от принудительной зубриловки за девять учебных месяцев, еще и летом окунаться в творчество различных классиков со всех уголков света. Хотя меня это, помнится, не останавливало. Порой я довольно пафосно изрекался, что книги — мой третий родитель. И я бы с удовольствием все лето напролет зарывался бы с головой во всевозможные ветеринарные справочники, научную фантастику, философию, но такая необходимая каждому молодому, преисполненному ярких надежд на лучшее будущее, человеку вещь, как гормоны, брали верх, и Ваше Сиятельство выползало на свет Божий, дабы придаться совсем уж несвойственным пытливому научному уму глупым развлечениям.
Женя спала, положив руки под голову, окруженная сваленными вокруг нее, словно костяшками домино, книгами. Зрелище, навевающее чувство безмятежности и несправедливости. Стало быть, пока остальные вкалывают, эта всезнайка тут слюни пускает. Понятно тогда, откуда в ней по вечерам столько бодрости, что она на полном серьезе вчера решила мне бросить вызов в интеллектуальной дуэли.
— Солдат спит, служба идет, — шепнул мне Дэнчик.
— И не говори, — ответил я, задумчиво следя за тем, как размеренно дышит Женя. — Будем будить? Или пусть пока поспит? Слави я еще все равно не наблюдаю.
— Да, пусть спит пока, — согласился Дэнчик.
Оставив товарища, я решил пройтись вдоль книжных рядов. Голова крутилась во все стороны — я старался не пропустить ни одного корешка, в надежде найти что-нибудь интересное. Впрочем, мои тщетные блуждания вскоре убедили меня в том, что ничего действительно стоящего в библиотеке «Совенка» не имелось. Точнее даже не так. Любая книга чего-то да стоит. Правильнее будет сказать, что ничего стоящего для меня. Посади здесь какого-нибудь историка, тот бы уписался от радости.
АПЧХИ!
Дыхательные пути Дэнчика не выдержали всего этого накала, отчего тот громогласно чихнул. Что немедля разбудило библиотекаршу.
— Что? Ольга Дмитриевна, я не… — затараторила Женя, но, поняв, что навестила ее далеко не вожатая, мигом успокоилась. Даже больше — состроила такую недовольную гримасу, будто ей под нос сунули тарелку с биоотходами человеческого происхождения. — Чего приперлись? Еще и шумите тут, не знаете, как себя в библиотеке вести, неучи?
— А тебе, смотрю, вчера мало показалось? — злорадно уточнил я. — Так я всегда готов ко второму раунду.
— Поменьше говори, умник, за умного, может быть, сойдешь, — зевнула Женя, совершенно не обратив внимание на озвученное ей противоречие. Вот уж воистину — лишь бы ляпнуть. — Чего надо, спрашиваю? Или берите книги, или катитесь отсюда, не мешайте человеку работать.
— О да, плющить харю это ведь такая ответственность, — хмыкнул Дэнчик. — Полки бы хоть, что ли, протерла для приличия. Дышать ведь невозможно.
— Надо будет — протру! — рявкнула Женя. — И вообще, это не моя обязанность.
— А что, кстати о птичках, входит в твои обязанности? — после оброненной ей фразы мне действительно стало интересно. — Сидеть тут сутками и зарабатывать геморрой вкупе с искривлением позвоночника?
— Слушай меня внимательно, хунта ты высокомерная, — высоким голосом заговорила Женя, неуклюже поправив торчащий вихор. — Я не…
Договорить та не успела, и что она там «Не» осталось тайной за семью печатями, ибо в библиотеку впорхнула Славя.
— Всем привет! — радостно поздоровалась активистка, мгновенно разрядив тем самым накалившуюся обстановку. — Простите, что задержалась, решила по дороге покормить белочек. Жень, а ты уже подписала ребятам обходной?
— Нет еще, — хрипло ответила та. Затем уставилась на нас, подобно барану на новые ворота. Кажется, присутствие помощницы вожатой очень благоприятно сказывалось на Женином характере. — Чего стоим? Давайте ваши бумажки. Читательские билеты заводить будем?
— Может быть чуточку позже, — прошипел я. — Как только названия книг можно будет разобрать из-под слоя пыли.
Видно было, как она борется с тем, чтобы не ответить на мое замечание как подобает. Не рискуя терять лицо перед Славей, загнала себя в угол. Довольствуясь такой маленькой победой, мы с Дэнчиком молча протянули библиотекарше «бегунки». Язвительно улыбнувшись, она нарочито аккуратно поставила в каждом по своей закорючке.
— Добро пожаловать в «Совенок», — гаденько улыбнулась она, протягивая нам наши листочки.
— Жень, а я с хорошими новостями — Максим с Денисом все же согласились участвовать в нашей постановке, — «обрадовала» ее Славя. Библиотекарша так и засветилась от счастья. — Так что можем сегодня уже начать полноценную репетицию.
— Не можем, — мрачно ответила та. — Ко мне после утреннего дежурства Ольга Дмитриевна подходила, сказала, что Селезнева умудрилась каким-то образом гриппом заболеть. Со вчерашнего вечера у Виолы лежит. Ее, скорее всего, в больницу будут класть. Так что остались мы временно без Кубыркиной.
