– Может, нам снилось одно и то же? – я следом перешел на шепот, перехватив руку девушки. Почувствовал, как она робко сжала мою в ответ. Хороший знак.
– Может быть, – прерывистым голосом сказала Алиса. Внезапно она провела свободной ладонью по моей груди, ввиду чего я позабыл обо всем, что хотел сказать дальше. Что хотел сделать. Что чувствовал до этой секунды. Обо всем, кроме ее пальцев на моей коже.
Стало неестественно жарко. Дыхалку будто сковало какими-то невидимыми цепями. Я сам, своими собственными силами, загнал себя в ловушку. Пасовать уже не было смысла – либо идти до конца, либо, чего доброго, прослыть в глазах Алисы тюфяком.
– Двачевская, ты сильно переоцениваешь мою выдержку, – сглотнул я комок в горле.
– А мне нужна твоя выдержка? – задорно поинтересовалась Алиса. – Мистер ветеринарный врач, Вы слишком сильно палитесь. Я ведь тоже не дурочка, знаете ли.
– То есть, если я сейчас обнаглею, то, в теории, смогу избежать смачной оплеухи и сломанных очков в придачу? – сделал я задумчивый вид.
Алиса рассмеялась мелодичным смехом и аккуратно освободила свою руку.
– Полегче, Макс, нельзя ведь всегда получать всё, что хочешь, – сказала она, отворачиваясь. А затем едва слышно добавила. – Но со временем, если хорошо попробовать, то окажется, что иногда можно.
– Вот, стало быть, как… И как же узнать это время? – спросил я, чувствуя, как сердце объявило решительный бойкот нахождению в грудной клетке и отчаянно стремилось вырваться наружу.
– Ты поймешь, не переживай, – Алиса круто повернулась. И я сам не заметил, как ее руки обвили мою шею. – Мальчик, вроде, не глупый.
Она сейчас определенно меня дразнила. Ладно, с поцелуями пока придется обождать, тут увы. Не будем портить девочке романти́к. Но ведь не стоять же мне и дальше аки оловянный солдатик, пока она находится в такой преступной близости? Пальцами прикоснулся к ее обнаженной талии. Алиса вздрогнула. Мышцы так и порывались опустить руки чуть ниже, но я мужественно держался.
«Допустим. Какой следующий допустимый уровень дозволенного на данном историческом этапе?».
Впрочем, о следующем уровне подумать уже возможности не было. В сторону нашего домика направлялись ускоренные шаги. О личности их обладателя гадать не приходилось – Ольга Дмитриевна вновь пришла на побудку части своего личного состава.
– Панамка! – чертыхнулся я. – Дэнчика накрой, блин!
Алиса едва успела подскочить к кровати моего друга, в то время как я в ускоренном темпе попытался нацепить рубашку, как дверь распахнулась и на пороге показалась довольная вожатая.
– Проснулись-улыб… – начала было она, но, завидев меня, нервно теребящего рубашку и Алису с ошарашенным взглядом, стоящую по стойке смирно у изголовья кровати Дэнчика, заметно напряглась. – Так, я ведь, надеюсь, сейчас ничему не помешала?
– Нет! – хором ответили мы с Алисой.
– Смотрите там у меня, – пригрозила нам вожатая. Только потом до нее, видимо, дошло, что кто-то сейчас в домике определенно был лишним. – Двачевская, а ты тут что вообще, стесняюсь спросить, забыла? Хотя, так даже лучше – разреши поинтересоваться, ты где вчера была во время танцев?
– Так я это, ну… – Алиса опустила голову, держась руками за подол юбки.
– Ольга Дмитриевна, Вы же нас сами вчера просили с Ульяной поговорить, – постарался выручить я рыжую из щекотливой ситуации, лелея надежду, что вожатая опустит тему танцев. – Вот мы и продумывали сейчас… стратегию.
– Стратегию? – переспросила немного сбитая с толку вожатая, явно не особо торопясь поверить в мою версию.
– Ну, да, стратегию, – ответил я, вовремя спрятав ухмылку за надевание рубашки через голову. На Ольгу я уже снова посмотрел с полностью беспристрастным лицом.
Та орлиным взглядом настороженно стреляла по углам домика. Убедившись, что других поводов для придирок к нам нет, позволила себе сдавленно улыбнуться. Хорошо еще, что она не видит, что сейчас из себя представляло лицо одного из ее пионеров…
– Ладно, Жеглов, допустим. По крайней мере, я никакого подвоха не вижу. Это что ж получается, мне сейчас тебя с Алисой похвалить за инициативу нужно?
Я постарался улыбнуться, пока Алиса, вытянувшись в струнку, слегка подрагивая точеными плечиками, невразумительно пару раз кивнула.
– А ты, рыжуля, не смотри на меня таким умоляющим взглядом! – черт, не забыла. – Вот что мне с тобой прикажешь делать? Неужели так сложно быть с коллективом, принимать хотя бы какое-то участие в его жизни? – вожатая так воодушевленно размахивала руками, что случайно сбила свою панамку, отчего та комично сползла на бок. Впрочем, смешок сейчас явно бы не разрядил обстановку. – Короче, мне это уже надоело. По-хорошему ты не понимаешь, так что после завтрака подходишь к Ясеневой и получаешь у нее разнарядку на общественные работы…
– Ага, щас! – упоминание активистки мигом вывело Алису из транса. – Буду я еще на эту… свое время тратить.
– Две разнарядки! И вообще, не на «эту», а на Славю, уважайте своих товарищей, барышня! И чтоб больше не пререкалась со мной, я тебе тут не подружка! – повысила голос Ольга.
