– Слушай, ну неужели даже в преддверии такого миниатюрного праздника печени забить нельзя? Просто не думаю, что у нас не будет возможности поговорить о том, о чем ты хочешь поговорить, чуть позже. Выглядим, знаешь ли, подозрительно.
Я достаю электронку. Делаю пару тяг, выпуская в темень уже ставший горьким дымок. Выругавшись, отсчитываю про себя десять секунд.
– Позже настало, – хмыкаю. – А так, да, случилось. Вот мы со стенгазетчицей разговаривали… А такой девочки в лагере-то, кажется, и нету.
– В смысле? – округляет глаза мой друг. – Как это нету, если мы с тобой оба…
– А вот так, – слова ненароком застревают в горле. Говорить становится тяжело, но я нахожу в себе силы продолжить. – За стенгазету в лагере, как мне сказали кибернетики, отвечает Лена. И ни про какую Юлю они и слыхом не слыхивали.
– Дела-а… – тянет Дэнчик с прищуром. – Ну, слушай… Может, этому есть какое-то логичное объяснение?
А вот сейчас и попробуем выяснить.
– Расскажи про вашу встречу, – прошу я, понизив голос.
– Да как-то особо и нечего, – Дэнчик старательно хмурится, стараясь как можно точнее воспроизвести в голове утренний инцидент. – Рванул я в сторону сцены, там притормозил, стою, оглядываюсь, вроде не бежит никто, отсвечивая панамкой. Ну, думаю, пронесло. Постою, отдышусь, да потихоньку в сторону спортивных секций двину. И тут окликает меня Юля эта, значит. Ну, я естественно, откликаюсь. А попробуй тут с такой девкой-то не поговорить – это уж совсем каким-то неправильным надо быть…
– Дэн, твою мать, ближе к делу, – взбеленяюсь. Вот уж мне только тут подробностей лишних не хватало.
– Блин, не перебивай! – фыркает тот в ответ. – Так вот, я, стало быть, спрашиваю, что такой видной барышне от меня, собственно, потребовалось. А она, говорит, в футбол хочет научиться играть, прикинь? Охренеть, думаю. А я-то понимаю, что тренер из меня, ну, так себе. Не каждому дано-то, играть и учить играть одновременно. Хотя, очень многие футболисты становятся тренерами после окончания карьеры, да только, увы, лажа это какая-то…
– Дэн!
– Ну я и говорю, – продолжил тот воду разливать. – Типа, извини, но это не моя специальность, подойди к Санычу, он тут, собственно, за тренера-то. А она говорит, мол, не хочу у Саныча, с тобой хочу позаниматься. Ну, думаю, приплыли, нафиг. У меня-то уже, вроде как, со Славкой чего-то получается, да и сама она нравится мне сильно, ну, сам знаешь. А тут такое вот. В общем, кое-как нервяк подуспокоил, думаю, ну, подыграю малясь. Может, фантазия просто с молодого тела-то тупо разыгралась, а девочка правда хочет просто технику подтянуть хотя бы немного. Пошли, говорю, на футбольное поле тогда уж, покатаем по травке мячик немного. И тут она такая – так вон же мячик лежит, около сцены. Смотрю – и правда. Сдутый немного, но играть можно. И откуда он там только мог взяться – ума не приложу. Ну, начали друг другу отпасовывать его так аккуратненько, она у меня про лагерь поспрашивала, нравится мне тут, не нравится, все дела. Сказала, что за стенгазету отвечает, отсюда и интерес. Попинали еще немного, а она потом говорит, что дела у нее срочные. И уходя бросила что-то вроде, остужай иногда голову. Типа, ты любишь с плеча рубить, а иногда нужно просто остановиться и хорошенько все обдумать. Продолжишь, мол, тобой будет очень легко манипулировать.
Все это время я заметил, как он постоянно ударял средним пальцем по ладони в такт словам. Закончив рассказ, посмотрел на меня внимательно, ожидая какого-то определенного вердикта. А я только пока молчать могу озадаченно. Все эти разговоры непонятные, какие-то советы под его конец…
Еще и записка та непонятная, найденная в библиотеке. А ведь незадолго до этого мы тоже видели как раз в том ряду девочку в панамке, точь в точь, как у этой Юли. Уж не она ли нам подбросила ее, каким-то образом предугадав, что мы остановимся на той детской книжке про нечистую силу?
Вот хоть что-нибудь бы прояснилось. Хоть на малую толику. Но нет. Вопросов до сих пор пока больше, чем ответов.
– Все страньше и страньше, – наконец, выдавливаю. – Ладно, Дэн спасибо за информацию…
– Это все, что ты можешь сказать? – разводит тот руками.
– Я могу сказать, что это была очень странная девочка, – я поправил очки и, сделав последнюю тяжку, спрятал курилку с глаз долой. – Которая определенно знает намного больше, чем говорит.
– Девочка-кошка? – с оживлением уточняет Дэнчик.
– Да я откуда знаю? – теперь уж моя очередь настала руками разводить. – Знаешь ли, не доводилось встречать таких раньше.
Тут я себе позволил добавить крошечную нотку скептицизма.
– Я так понимаю, что ты в этом не до конца уверен.
Да что ты, блин, такое говоришь? А я вот не до конца уверен, что мой мозг, сосредоточенный под ветеринарию, должен вообще разбираться в чем-то подобном.
Я просто должен закричать и убежать прочь. И будь, что будет. Как знать, может именно такой исход станет достойным финалом. Кричащий и бьющийся в конвульсиях пионер поневоле, убегающий от Вселенной.
