Наш обоз двигался по широкой извилистой улице города, утопающего в зелени и свете теплого южного солнца. В воздухе отчетливо пахло морем, цветами, летом. Та часть города, что была видна с нашей точки обзора казалось частью какого-то волшебства. Аккуратные белоснежные дома с черепичными крышами и огромными открытыми галереями, словно террасами расходились по сводам зелёных гор. Наша дорога стелилась вдоль берега полноводной реки, которую то и дело пересекали каменные мосты. Кругом царила неспешная суета южного города, мимо проносились всадники на огромных ящерах, что казались в двое больше наших лошадей. Время от времени эти самые ящеры вдруг взмахивали до этого скрытыми крыльями, отталкивались своими крепкими лапами от дороги, и взмывали ввысь, унося своих седоков. И я бы рада была разглядеть город лучше, но казалось мой мозг просто кипел от увиденного и того насколько это отличалось от Тарволь, как и от непонимания, как мы тут оказались⁈
И всё же решив прикрыть полог, я и Томас продолжали разглядывать обрывки улицы сквозь крохотные щелки, пока наша повозка не отделилась от общего обоза с добром и не свернула с широкой улицы, начиная неспешный подъём в гору. А уже спустя примерно час пути мы остановились и вновь Ореван Рам Руи откинул полог, и дал знак кому-то подставить небольшую скамейку, чтобы мы могли вылезти из этого орудия пыток.
— Прибыли, — коротко бросил он, оглядывая нас с головы до ног. — Теперь можете и осмотреться, ведь именно это место станет вашим новым домом на ближайшее время, — сказал он, позволяя нам выбраться из повозки.
Я воображала условия для пленников исключительно в кандалах и за решёткой. Но пока всё выглядело странно и до безобразия прилично. Словно не в плен приехали, а в какое-то…даже не знаю…
— Как будто университетский комплекс, — вдруг выдал Фирс.
И правда, это была огромная территория, обустроенная множеством корпусов, из которых то и дело выходили молодые люди, что с интересом поглядывали на нас. На каждом, независимо от того был это парень или девушка, были одинаковые многослойные одежды темно-синего цвета с разными нашивками. Цветовая гамма выделялась лишь на мужчинах и женщинах, что были постарше. На мужчинах это всегда были многослойные халаты с широкими рукавами и подпоясанные широкими поясами. На женщинах превалировали платья из легкой, летящей ткани, но всегда сверху была невесомая накидка, создающая иллюзию того, что кожа закрыта пусть и насквозь прозрачной тканью. И сейчас все эти снующие от корпуса к корпусу люди с интересом пялились на нашу странную компанию. Мало того, что наша одежда сильно отличалась, так нас ещё и сопровождал вооруженный отряд и судя по испуганным и взволнованным шепоткам, бросаемым в сторону аршваи рам, не последние лица в этом месте.
— Следуйте за мной, — бросил нам рыжеволосый аршваи рам, и не дожидаясь ответа повернулся спиной устремляясь в сторону единственной на территории высокой башни. А я на некоторое время шокировано замерла. До этого скромная вязь тату на скулах у нашего главного, теперь проявилась в виде странных символов, что от самых висков, вдоль линии скул устремлялись к шее и терялись под одеждой. Как и его руки оказались все покрыты символами, о значении которых я могла бы только догадываться. Как он их только умудрился делать не столь заметными всё это время? Но с ними мужчина выглядел ещё более опасно.
— Расписной какой, — прошептала я Фирсу на ухо, и профессор согласно кивнул.
На вид башня казалась какой-то узкой, и я не представляла, что мы там будем делать, но стоило войти, как мы оказались в широком холле. Пол и стены были облицованный блестящим белоснежным камнем с серебристыми вкраплениями, который словно напитывал сиянием пространство вокруг. На противоположном конце холла был стол, за которым сейчас сидел мужчина в темно-сером многослойном одеянии, без какой-либо вышивки. Он выглядел довольно пожилым, но при виде нашей разношерстной компании шустро подскочил со стула и глубоко поклонился.
— Эс соляи арум зорт, эйрши рами вэй, рами вэй Рам Руи, рами вэй Рам Шоти, айсэ тоцци (Солнца над головами, верховный рами вэй, рами вэй Рам Руи, рами вэй Рам Шоти, достопочтимые тоцци), — бормотал мужик, не уставая перечислять одним аршваи рам понятные звания и имена.
— Эс соляи арум зорт, — бросил рыжеволосый мужчина и за ним слово в слово повторили ещё двое наших сопровождающих.
Мы свернули из холла на небольшую площадку с одной единственной дверью, рыжий аршваи рам сделал странный пас рукой и дверь отворилась, уехав куда-то в стену…
— Заходим, — бросил рами вэй Рам Руи и мы дружно забились в небольшую комнатку без окон и дверей.