Парень был воспитан в тепле, любви и заботе родителей. Ему сложнее всего было осознать, что теперь мы сами по себе и никто за нас не вступится просто потому, что мы тут никому не нужны. Даже хуже, если в Тарволь мы были людьми среди людей, то тут мы были хуже тоцци — простых людей — мы отщепенцы — бесправные ничтожества.
— Абсолютно, — предельно серьёзно ответила я. — Если надо я спалю эту Башню к чертовой бабушке, но не одна падла…
— Элия! — возмутился опекун, а я обреченно прикрыла глаза.
Война с жаргоном казалась мне самой бесконечной и трудоемкой в мире!
— Короче, обижать я себя не позволю, — коротко обозначила я, боясь опять отстраниться от темы. — Пусть учатся сквозь боль и кровь, если им так больше нравится! Пусть считают меня конченым отморозком, мне всё равно, но то что задумали эти трое и чему потворствует Алисандра непростительно! Только представь на минутку, если бы на моём месте была милая девочка, воспитанная и беззащитная, чтобы они сделали с ней? Нет, Томас, мне их не жалко, и я не о чем не собираюсь жалеть, но у каждого из вас есть шанс отказаться! Кроме тебя, — ткнула я пальцем в Фирса, чтоб даже не думал, что вероятность есть. — Мы с тобой повязаны и даже если свинтишь, я тебя сдам если что, — обворожительно улыбнулась я.
— Никогда, — усмехнулся профессор. — Но тачку потащит Томас, я её еле доволок сюда. Кстати, твои игрушки, я принес…
На этих словах Фирс вытащил из кармана две подковы, которые были переделаны в кастеты и подарены мне Фирсом на моё пятнадцатилетие. Профессор сказал, что будет мне их выдавать в случае чего, а то если оставить у меня, то ползамка с просветами вместо зубов будет ходить. Ну, тут он был прав, конечно, что уж прибедняться!
— Мои малышки, — улыбнулась я, любовно поглаживая подарок опекуна.
На одном кастете было выгравировано «Э Л И Я», а на втором «С И Л А». Эдвину казалось это очень смешным, но ещё это был такой автограф, что лишний раз не используешь. Разве что только орудие номер два.
Сунув оружие в карман, подхватила заранее подготовленный кувшинчик и два любезно сворованных стакана из столовой. Своё богатство сунула в бумажный пакет и сказав ребятам следовать за мной в сад, вышла из комнаты.
— Только хотела тебе постучать, — сказала Алисандра, как-то чересчур внимательно осматривая мой внешний вид. — Я думала, ты переоденешься?
— Зачем? — поинтересовалась я, окончательно обалдевая от собственной родственницы.
Как так можно⁈ Как? Я не могла этого понять, а самое главное ради чего⁈ Чтобы ей было перед кем ноги раздвинуть? Что за отвратная тётка, а я так надеялась, что дурь её станет просто досадным дополнением к девушке, с которой мы могли бы подружиться. Хотя бы потому, что мы кровные родственники. Хотя, чего уж там, я с родным отцом подружиться не смогла…
Выйдя из общежития уже в сгущающихся сумерках, мы устремились в глубь парка, что окружал общежитие. Теоретически я знала, что где-то в его глубине есть зона, отведённая под сад. Даже примерное направление знала, но ни разу туда не ходила по одной простой причине: что мне там делать? Как оказалось, идти до туда пришлось минут десять, и я мысленно понадеялась, что Томас и Фирс не отстанут из-за неподъемной тачки, которая мне уже все нервы вымотала! Тем временем мы оказались на небольшой полянке и Алисандра решила споро расстелить прихваченное из комнаты покрывало.
— Присядем? — предложила она.
Я же, будучи вся в напряжении, лишь нервно улыбнулась, кивнула и опустилась на покрывало.
— Что там у тебя? — посмотрела она на мой пакет.
— О! Кое-что достала у Фирса, — вытащила я из пакета «небесный сон под градусом» и показала Алисандре. — Думаю, мы могли бы выпить? — предложила я.
— Почему бы и нет, — раздался ответ откуда-то из соседних зарослей, а уже спустя мгновение на поляну вышло трое молодых аршваи рам под предводительством Реймара Рам Орт.
Судя по всему, ребятки нас уже ждали и Алисандра привела меня аккурат к тому месту, о котором они заранее сговорились. Тётка сдавала в позициях шаг за шагом. Может быть, правда не знала зачем? Нет, чушь, не могла не понимать!
Трое высоченных аршваи рам смотрели на нас снисходительно, улыбаясь так мерзко, что волей не волей становилось не по себе. Если Реймар был высоким блондином с серыми глазами, то его дружки были чуть ниже его ростом, но шире в плечах. Оба темноволосые, смуглокожие и кареглазые. Они были похожи будто братья.
— Реймар, — воскликнула Алисандра и побежала на встречу старосте, тут же оплетя его шею руками и повиснув на нём точно авоська. Парень смерил её довольным, похотливым взглядом и не стесняясь меня, шлёпнул девушку по заднице. — Я соскучилась, — промурлыкала она, начиная подозрительно чавкать, добравшись до его шеи.
Фу, блин! Обслюнявила его всего! Гадость какая!
Но несмотря на моё мысленное возмущение, я сидела на покрывале и улыбалась точно полная идиотка.