Теперь пугающий холодок ощутила не только я — мы все. Я, магистр Сайдакор, заметно растерявшийся, и сэр Матиуш, в ужасе воззрившийся на меня. На меня, ощущавшую в данный миг лишь нарастающий ужас.
— Ксавьен, — магистр Сайдакор прочистил горло, — но не приходило ли тебе в голову мысль, что император, чей сын был рожден уже после развода, достаточно умен, чтобы как минимум из предосторожности проверить кровь «сына».
— Я убежден в том, что он проверил, — Ксавьен вопреки тому, что вел беседу с целителем, посмотрел на меня, и произнес все так же глядя в мои испуганные глаза: — Но кто-то только что использовал дар суммарного манипулятора. Я преподаю в магию уже более двадцати лет, определять способности студентов моя обязанность и моя специальность — уровень Эльтериана превосходит способности легендарной Оливии Гарсиэн. И кто-то эти способности ему передал. Кто-то настолько приближенный к императору, что после рождения принца сверженной императрицей, внезапно проверка чистоты императорской крови была приравнена к измене. Как любопытно, не правда ли?
И это было сказано мне.
«Существуют три правила, которые вам придется усвоить, если вы желаете жить, Асьен. Первое — ни к кому не привязывайтесь. Второе — ни к чему не привязывайтесь. Третье — всегда ожидайте удара в спину от всех, включая меня. Соблюдение этих правил позволит вам выжить, а брак с лордом Аскеа — нет» — вспомнила рассеянно.
Нет, управлять императором не так просто, как бы ты ни был приближен условный манипулятор к Адаэлрону Малгаларду.
И тут над лагерем прозвучало:
— Его императорское величество прибыл!
А вот этого не ожидал никто из нас. Даже казалось бы абсолютно все предусмотревший магистр Ксавьен.
Я стояла перед императором, кусая губы и глядя исключительно себе под ноги, на свежезастеленный алый ковер, в свежеразбитом императорском шатре.
Сам Адаэлрон Малгалард восседал на троне… не знала, что существует переносной вариант символа императорской власти. Лорд Аскеа находился по правую руку его величества, главный советник, который показывался едва ли не реже самого императора — по левую. Высокий, до невозможности худощавый, седовласый и величественный лорд Харон… Он был одним из первых, погибших в день нападения на императорский дворец. Но пронзенный многочисленными стрелами так и остался непреклонным, встретив смерть не упав лицом вниз и в его остекленевших глазах отражался весь тот кровавый хаос, в который Эльтериан погрузил Небесный город.
— Кронпринцесса распространяющая грязные сплетни и весьма гнусные слухи… Как то не слишком достойное поведение для будущей императрицы, вы не находите, мадемуазель Асьен? — голос императора звучал спокойно, и даже несколько отстраненно.
Но только что из этого шатра вынесли троих целителей, и каждому из них лечение уже было неспособно помочь. Кажется, я начала понимать, почему в императорских покоях на полу всегда находилось багрово-алое ковровое покрытие.
— Мадемуазель Асьен, вы предпочитаете молчать? — негромко вопросил советник Харон.
Что ж, так как в шатре более никто кроме нас четверых не присутствовал, я высказалась:
— Я предпочла бы, чтобы люди лорда Аскеа обратили детальное внимание на случившееся сегодня, и в частности — на оружие, коим были снабжены студенты даэтарской Военной Академии. А так же на тот факт, что принц Эльтериан накануне…
— Асьен… — предостерегающе произнес лорд Аскеа.
Взглянув на него, я увидела быстрый жест головой, означающий только одно «лучше молчи», и вновь молча уставилась в алый ковер под ногами.
Император, боюсь, заметил мой быстрый взгляд на главу Тайного департамента, но комментировать не стал.
Помолчав некоторое время, он с явной неохотой произнес:
— Леди Сарская станет первой женой его высочества принца Эльтериана. Сегодня. После, она удалится во владения своей семьи, для благополучного вынашивания драгоценного первенца моего второго принца. Ты, как кронпринцесса империи Аркалад получаешь выговор и наказание в виде заключения во дворце герцогства Риддан на срок в тридцать дней. Не желаю тебя видеть до окончания срока заключения!
Я нервно сглотнула, Взгляд его величества ощущала даже не глядя на императора.
— На этом все! — ярость прозвучала в старательно спокойном тоне. — И благодари Небеса, что хватило ума явиться без маски. Если бы не твоя несравненная красота, для тебя этот инцидент завершился бы не столь… благополучно. Исчезни с моих глаз.
Нервный реверанс, и чудовищное понимание — ничего на этом не закончится. Магистр Ксавьен сказал правду — «если моей целью становится месть, я расставляю сети таким образом, что вырваться из них не дано никому». Так что агония принца Эльтериана лишь начиналась и я была той, кто это знал.
Поворот вышел несколько неловким, я запнулась за ковер, то ли вымокший от крови и от того местами просевший, то ли из-за скорости работ не слишком хорошо пригнанный к траве, на которую был постелен, и поняла, что падаю, резко отступила назад, но и это не спасло положения…
