Если она запишется на обеденное время, то сможет скрыть факт посещения от всех, и не придется ничего объяснять Майку или родителям. То, что как ей казалось, заставляло ее думать так плохо про Майка, было ее личным делом. Она знала, как только он вернется из Лос-Анджелеса, они отправятся на совместные выходные, и была уверена, там он сделает ей предложение. Эми уже не знала, как к этому относиться, и хотела быть более уверенной насчет своего будущего, чем обещать ему Луну, а затем забрать обратно. Нужно было лишь убедиться в том, что ее мысли насчет секса были совершенно нормальными, и со временем пройдут. Также ей нужно было знать, относится ли это к детским воспоминаниям о родителях. Может быть она, а не Майк, все портила. Другие девушки не думали, что это такая большая проблема, и постоянно напоминали ей, какая он выгодная партия, в социальном и финансовом плане. К тому же, выглядел он шикарно, так что они вообще не понимали, на что можно жаловаться. Эми всегда могла укротить его со временем.
Хотя, в этом девушка была не уверена. Она хотела ощущать ту дикую страсть, которую показывали в фильмах. Ей даже приходила в голову мысль, что такого на самом деле не существует, и это всего лишь игра на камеру, а не реальность. Да, поначалу, когда они с Майком только начинали встречаться, она чувствовала, как расцветала страсть. Это были гормональные всплески, которые возникают, когда ты встречаешь кого-то, в кого, как тебе кажется, ты влюблена, но Эми хотела большего.
Психотерапевт задавала ей вопросы, на которые ей было некомфортно отвечать, но приходилось.
— Думаете ли вы, что этот случай вообще повлиял на поведение в постели?
Это ей самой приходило в голову, так что она ответила, что возможно, это как-то связано. Затем врач расспросила о деталях их интимной жизни, и что хуже всего, намекала на то, что у Майка, возможно, маленький член.
— Все в порядке, — уверила она психотерапевта. — У него большой размер.
Врач скрыла свое смущение кашлем, хотя Эми подумала, что за такие вопросы та это заслужила. Физических проблем у Майка не было. Более того, он был прекрасным образцом мужского достоинства. Просто не знал, как правильно его использовать.
— Возможно, это вас что-то сдерживает, потому что вы не хотите снова ощутить этот страх, и мысль о потере контроля возвращает вас в тот момент жизни, когда вы стояли в дверях родительской спальни, — предположила психотерапевт.
— Тогда что мне с этим делать? — спросила Эми, плача от разочарованности. Она не хотела являться источником проблем, но пришлось признать, что так и было.
— Почему бы вам не обсудить это с Майком? Исходя из того, что вы мне рассказывали, он вас любит и сможет помочь вам приложить дополнительные усиление для преодоления ваших проблем.
— Я не могу с ним так поступить, — ответила Эми. — Это очень оскорбительно признать то, что я думаю о чем-то абсолютно другом, в момент, когда он пытается сделать мне приятное.
После окончания приема на небольшое количество времени Эми ощущала себя чуть лучше, в основном, потому что смогла вытащить наружу чувства, которые раньше хранила в себе. Как будто кто-то снял груз с ее плеч. Так как ее проблемы еще не были решены, девушка не могла понять бурление негативных эмоций внутри нее, но ее первая мысль была о Майке, и когда шла по улице к своему офису, отправила ему сообщение.
«Эй, красавчик», — написала она, зная, что из-за этого он почувствует себя лучше.
Эми как-то раз отправила ему это сообщение в тот день, когда Майк был на встрече. И представила, как он краснеет, потому что, несмотря на то, что другие не могли видеть текст сообщения, она знала, что парень смутится настолько, что с красным лицом спрячет телефон очень быстро.
В этот раз ответ пришел почти тут же, так что она застала его в свободное время.
«Ты хорошо пообедала?» — спросил он.
«Ага. Я сходила на массаж и занялась диким сексом с офисным курьером», — она повеселилась, набирая текст.
«Был ли он хорошим?» — спросил Майк, зная, что она с ним шутит.
«Не особо, поэтому мне нужен сэндвич и диетическая кола».
«Тебе не нужна диетическая кола. Ты прекрасна такая, какая ты есть».
Для Эми было странным иметь такие неразрешенные мысли из ее детства. Они возвращались, чтобы мучить ее, и она поняла, что они всегда были где-то в задворках подсознания. Даже при разговорах с матерью, она размышляла о том, было ли той больно той ночью, хотя она не представляла отца как того, кто может бить свою жену. Она моментально вспомнила боль в голосе своей мамы, и все-таки, была там четкая грань между болью и удовольствием. Возможно, этого не хватало в сексе с Майком.
— Выглядишь радостной, — сказала Анджела, когда Эми зашла в офис.
— Так и есть! — похвасталась она, чувствуя себя намного лучше.
— Поделись своим секретом, — ответила Анджела. — Мне бы не помешал кусочек счастья.
