— Скорее у тебя слишком острый язычок, непомерная наглость и полное осознание собственной безнаказанности, что так и вынуждают провести хорошую трепку…в воспитательных целях, — хищно усмехнулся мужчина, резко бросившись в мою сторону. Единственное, что я успела сделать, будучи совершенно не готовой к подобному, дернуться в сторону двери. В этот же миг Элисар, легко и практически играючи, подхватил меня на руки (а ведь на руках меня мужчины еще не таскали!) и перекинул через колено. Оказавшись в весьма странной позе, я на мгновение застыла. Что за черт! Он ведь не собирается?..
Не успев до конца сформировать мысль, я получила первое болезненное подтверждение ужаснувшей меня мысли и заорала, пытаясь вырваться из стальной хватки. А рука мужчины вновь опустилась на мой многострадальный филей, который обтянуло зимнее, и так не особо свободное платье, совсем не спасающее от жгучих ударов! Громкие, смачные шлепки разносились по всему кабинету щедро сдобренные моими возмущенными воплями:
— Аа-а!!! Отпусти меня немедленно! Элисар-р!.. Мерзавец! Сволочь! Садист!.. Я тебя ночью задушу! Нет, я Хассиру все расскажу, и он сам тебя прибьет!.. Ну хватит, ну пожа-алуйста!
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем рука мужчины, прижимающая меня к его коленям, ослабила хватку. Я, постанывая, кое-как скатилась со своего «ложа» пока золотоглазый садист, лишь по недоразумению названный моим дядей, не передумал и, обернувшись, зло уставилась на Элисара.
Да-а, представляю, как плачевно я сейчас выгляжу: красная, в перекошенной одежде, растрепанная, как воробей. А ощущения? Задница горела огнем, горло было безнадежно сорвано от многочисленных криков, а на глаза наворачивались злые слезы. Да как…да как он вообще посмел?!
Бешенство огромной волной поднималось откуда-то из глубины души, но слов, чтобы высказать все, у меня просто не было:
— Ты… Да ты… Какого черта, Элисар?! Да я…
Мужчина же, развалившийся напротив и облокотившийся о стол, лениво окинул меня каким-то подозрительно удовлетворенным взглядом и с удовольствием признался:
— Знала бы ты, как давно я об этом мечтал!
— Да я…да перегнула палку, но ты мог просто сказать!
— Так, моя дорогая, на-амного действеннее. Уж не думала ли ты, что я спущу тебе все твои красочные эпитеты в мою сторону? А так, согласись, очень действенно… — хмыкнул мужчина, на лицо которого выползла до безобразия довольная усмешка.
Я просто дара речи лишилась от такой наглости! Меня, как малолетку, отлупили по заднице! Да со мной такого не происходило со времен детдома! И ведь он прекрасно знал, что ничего противопоставить я не могу, так как слабее в несколько раз и вообще девушка! В общем, слов нет! Одно возмущение!
Я так и стояла перед мужчиной на коленях, держась руками за пострадавшую часть тела и глупо открывая и закрывая рот, будто рыба, выброшенная из воды. Поматерить его, что ли? Ага, чтобы еще раз получить столь жестокий урок? Себе дороже!
«А ведь он мог обойтись и не так мягко» — осторожно заметил инстинкт самосохранения.
Ведь действительно, меня могли просто схватить за шею и хорошенько придушить. Все же не стоит забывать о том, кто он есть на самом деле. Это ведь не язвительный дядюшка, а глава местной ветви наемников, жестокий и равнодушный к страданиям других. Даже удивительно, что он обошелся так мягко, еще и лыбится теперь сидит! А ведь, если подумать, я действительно перегнула палку. За целый день, каких я только гадостей ему не наговорила, причем чаще всего сама ведь и начинала!
Ну что ж, примем собственное поражение с достоинством. Бой проигран, но не война…
— Элисар, — излишне радостно оскалилась я, медленно поднимаясь на ноги, — Я, конечно, все предполагала…
Мужчина, прекрасно понимающий, что в данный момент от меня стоит ждать лишь гадостей, бросил на излишне радостную меня подозрительный взгляд. И я его не разочаровала.
— Так вот теперь я полностью уверена в твоих…извращенных пристрастиях. Нет-нет! Можешь ничего не говорить, я прекрасно понимаю, что это должно остаться в тайне. У каждого свои странности, ты вот, например, получаешь удовольствие от чужой боли… И нет, не смотри так на меня, я же сказала, все хорошо, я все понимаю и никому не скажу. А то ведь это позор, вдруг кто узнает — как ты потом будешь пытки проводить? — сладко пропела я, не давая и шанса себя перебить, — Теперь мне становятся понятным твои знания о всяких борделях с плетками и услугами, а-ля «удовольствие, через боль». Вот только то, что ты сорвался на собственной племяннице, практически ребенке, не способной дать хоть какой-то отпор… Как бесчестно и низко!
Видя, как возмущенно вспыхивают у Элисара глаза, я не сдержала довольный смешок, после чего быстро выскочила из кабинета, таким образом, закончив сей диалог. Там, немного постояв за дверью и убедившись, что мужчина вернулся за стол, я медленно поползла в свою комнату, где меня ждала ванна и лечение пострадавшей части тела…
К счастью, купание прошло без эксцессов, хоть я и дергалась постоянно, ожидая очередной каверзы от дяди.
