Какой глуповатой, нелепой и несуразной, должно быть, её сочтут! Она очень нервничала, боялась, не понравится, в голове так и крутились мысли о том, что он выгонит такую, как она сразу же после первого рабочего дня. Неуверенность в себе всегда присутствовала в её характере, боязнь всего нового и непривычного, некая замкнутость и страх. Теперь поздно было отступать. Набравшись смелости, хотя нет, скорее заставив себя, наступив на собственную тревогу, Анна вошла в офис и направилась прямо в кабинет генерального, где оказывается, ей уже была назначена встреча. Высокий, представительного вида охранник, одарил её холодным взглядом, в глубине которого почудилась насмешка, и указал направление в лабиринте незнакомых коридоров.
В приемной, просторном светлом помещении с лимонно-желтыми стенами и мягкими креслами веселой лаймовой расцветки, её уже ждала невысокая, безукоризненно одетая женщина. Секретарь главного директора Юлия Александровна, как гласил её бейджик, являлась представительницей того редкого рода женщин, которые вам непременно понравятся, но забудутся тут же как покинут поле зрения. Мелкие черты миловидного лица, темные волосы, ровный цвет лица и прекрасная дикция, но полное отсутствие яркой индивидуальности.
Расписавшись в книге посещений, девушка постучала, и аккуратно приоткрыв дверь, вошла, тихо пролепетав:
— Здравствуйте, я Аня Лапина.
Здесь было также светло, как в приемной, а белые стены и высокий потолок создавали впечатление огромного, неестественно стерильного, почти космического пространства. Этот кабинет, в каждой мелкой детали был организован так, чтобы ничто не отвлекало внимание гостя от его хозяина. Он служил полотном, центральной частью которого был стол, и сидящий за ним мужчина. Крупный и темноволосый, он сидел, склонив голову, и изучал содержимое одной из многочисленных папок. От всей его фигуры исходила странная, подавляющая энергетика. Каким-то шестым чувством Аня поняла, что многочисленные коммерческие успехи компании результат не только качественной рекламы, многочисленных связей и труда, но и незримый персональный вклад руководителя.
Мужчина, серьезно изучавший документы, лежащие на столе, отвлекся и взглянул на объект незнакомого звука. Голова дёрнулась слишком быстро и почти свирепо. Что там ещё? Только многолетняя выдержка заставила сдержаться и сжать зубы, не бросить какую-то колкость. Её глаза были зелёными, как янтарь и такими знакомыми, что даже заставили забыть о раздражении. Немыслимо. Невозможно. Призрак, воспоминание, похороненное под толщей лет, обрело пугающую материальную оболочку. Девчонка молчала, только смотрела, не зная как скрыть смущение, чем только усугубляла охватившее его оцепенение.
Не тот уверенный взгляд, это непонятная коса и слишком длинная юбка — это не та девушка, которая всплыла в его памяти. А уходила ли вообще когда-нибудь? Мужчина опомнился, откашлялся и указал девушке на стул.
От такого внимательного изучающего взгляда, полного какой-то необъяснимой неприязни, Аня сжалась в маленький комочек и забралась в самый дальний угол своего подсознания. Храбриться, стоя под дверью, было легко, где теперь эта храбрость, когда она нужна? Дура, какая она дура! Присев на стул, Аня как могла, постаралась отогнать дурные мысли. Растерянные, почти затравленные глаза замерли на ногтях, как будто впервые в жизни их увидели. Главное — не слишком часто поднимать лицо и тогда никто, возможно, не заметит красные, как у школьницы щеки. Достаточно и того, что на неё и так пялятся, как на болотную тину.
— Итак, Анна, — раздался мягкий баритон, заставив неосознанно повести плечами, как от холода. Было в этом голосе что-то странное, пугающее, незнакомое. — Так, как вы ничего не умеете, самая главная ваша обязанность — это не мешать. Ваш рабочий день, как и у всех с девяти до пяти. Завтра можете приступать.
Аню очень зацепили слова об её беспомощности, но вместо того, чтобы что-то ответить, она просто опустила глаза в пол, махнула головой в знак согласия и быстро, чуть ли не пулей вылетела из кабинета, забыв попрощаться или что-то уточнить.
Дмитрий же находился в некой прострации, не понимал, почему она так на неё похожа, почему ему приходится брать её на работу, почему это странная деревенщина прячет глаза и не может из себя слова вымолвить. Откинувшись на спинку кресла, он набрал своего друга Артёма, который уже несколько лет, работал в ФСБ и, время о времени, беспроблемно проверял подозрительных людей.
— Тёма, мне нужна полная информация на Лапину Анну Викторовну.
Услышав от друга: «Будет сделано», он выбросил из головы эту занозу Анну и более о ней не вспоминал до следующего дня.
