-Если со мной что-нибудь случится, - и, видя, что я дернулся, повторила, - если. Обещай, что не оставишь Хэна и детей. Обещаешь?
Я видел, как она нервничает. Ну что ей сказать?
-Обещаю, - скрепя сердце ответил я. – А теперь отдыхай. Ты здесь в полной безопасности. Клиника хорошая. Скоро Люк прилетит. – Свои слова я подкрепил в Силе, аккуратно убрав из ауры дочки следы тревоги и слегка подтолкнув ко сну. Дождавшись когда она заснет, я тихонько встал и вышел из палаты, на пороге едва не столкнувшись лоб в лоб с ее мужем.
-Она спит, – нехотя пояснил я, - успеете еще наговориться.
Контрабандист покосился на меня, но протиснувшись мимо, все-таки заглянул в палату.
Мы сидели на противоположных диванчиках в приемной, и ждали, когда это все закончится. Роды начались пять минут назад, а Сила была уже наполнена болью. Что-то пошло не так. Совсем не так. Я это чувствовал. Не выдержав, я вскочил и подошел к окну. Покосился на зятя. Меня охватила злость. Вот кто виноват в несчастьях моей дочери. Она же еще ребенок. Детей ему захотелось! У меня невольно сжались кулаки и я вожделенно посмотрел на шею мерзавца, вскочившего почти синхронно со мной со своего места и подошедшего к другому окну. Постояв там, он начал не торопясь расхаживать по диагонали небольшой комнаты. Я не выдержав, начал делать то же по противоположной диагонали. А то, пожалуй, точно задушу. В центре мы встречались, косились друг на друга и продолжали свой путь. Первым не выдержал Соло.
-Нет! – вскричал он, не обращаясь ни к кому. - Я так больше не могу. Почему они нам ничего не говорят. Я должен знать, - и рванулся в операционную. Я за ним. Путь нам преградила медсестра. Я опомнился первый, и, хлопнув капитана по плечу, отправился обратно. Мы снова стали расхаживать друг против друга. Соло иногда косился на меня, но молчал. Внезапно Сила вспыхнувшая болью и несчастьем заставила меня остановиться и схватиться за голову.
-Что?! Что?! – Я увидел совсем близко глаза зятя, его руки держали меня за плечи.
-Ничего, - пробормотал я пересохшими вдруг губами. – Ничего.
Ситхи не умеют лечить, но они могут забирать всю боль на себя, что я и сделал. И вскоре темные смерчи Силы, сотканные из страданий дочери, уже кружились вокруг меня. Энергия все сильнее концентрировалась, и в какой-то момент я понял, что на свет рвутся два сгустка Силы. Я их чувствовал. Они уже понимали и принимали меня. У меня захватило дыхание от происходящего. Я плохо соображал, где нахожусь и что делаю, не видел бледного, как полотно Хэна, чувствовал только течение Силы сквозь себя. Она раздирала меня на части и давила так, что каждый вздох казался последним. И вдруг все закончилось. Два новых Скайуокера появились на свет. Не в силах стоять, я сел на пол прямо посреди комнаты, хватая ртом воздух и разрывая ворот мундира. Соло наклонился ко мне. Кажется, он что-то спрашивал. Я поднял к нему мокрое от пота лицо, по лбу бежали струйки пота:
-У тебя сын и дочь, Соло. Поздравляю.
-А Лея?! Лея?!
С ней все.. в… порядке.
. ------------------------------------------------------------
Бывший генерал, бывший заключенный, а ныне свободный человек, выпущенный по амнистии совсем недавно, Крикс Мадина вышел на платформу небольшого аэровокзала и остановился, щурясь на красное солнце этой планеты. Постоял немного, наслаждаясь возможностью вот так просто стоять и смотреть на небо, на облака, на дома вдалеке. До нужного рейса еще было время, и он присел на стоявшую неподалеку скамейку. Рядом сидел какой-то дед и читал гологазету. От нечего делать Мадина заглянул ему через плечо и насторожился. На голофото на развороте газеты мелькнуло знакомое лицо. «Обознался, наверное». Старичок встал и собрался уходить.
-Эээ, сэр, не оставите газетку почитать, - поинтересовался генерал.
-Конечно, конечно, - засуетился старичок. Военный, судя по выправке, в потрепанном цивильном костюме вызывал симпатию. – Берите. К Империи присоединяется все больше планет. – И протянул газету.
По старой привычке, генерал не стал читать сразу, а поблагодарив старичка, подождал, пока тот уйдет и только после этого развернул подарок и жадно вгляделся в голофото на первой странице. Ничего особенного. Обычное официальное сообщение с фотографией на которой были изображены послы присоединившейся державы, Дарт Вейдер на переднем плане, а за его плечом стоял юноша в форме имперского офицера. Подпись под голофото гласила: «Наследник Империи Лорд Вейдер и его сын, Люк Скайуокер принимают послов присоединившейся планеты».
Мадина все понял. « Вот оно что! Его сын! Ну конечно, он не перешел на сторону Империи, он присоединился к отцу. И его друзья это знали. Вот почему они так мялись! И возможно, знали кто его отец.» Мадина откинулся на спинку скамейки и вздохнул. Почему – то ему было очень важно, что мальчишка не предал, а присоединился к отцу, пусть это даже был и Дарт Вейдер.
