- Да вижу я твои мышцы - вон через кольца кольчуги выпирают. Отъел харю, а потом ломает повозки честным людям - дед был воистину ворчливым. За моей спиной Талис согнулся пополам, уже хрюкая от едва сдерживаемого смеха. А вот мне было не так смешно. Я дрался с кучами тварей, спасал друзей, терял близких и это все, чтобы потом выслушать от этого человека такие оскорбления?!
Стоило мне открыть рот, передо мной возник силуэт Лаинары. Она слегка наклонилась вперед, отчего вырез на ее груди стал максимально виден.
- Неужели такой уважаемый человек, как вы, бросит нас здесь в мертвых землях? Этот...кхм кариоланин - мой друг, боюсь, без него мы не сможем уехать - томно проговорила ассасинка, слегка закусив нижнюю губу. Дедок нервно сглотнул слюну, жадно уставившись на вырез Лаинары. В его старческом мозгу происходили немыслимые размышления. Будь там механизмы, точно слышался бы скрип. Чешуйчатый продолжал ржать, обхохатываясь с происходящего цирка.
- Ладно уж, садитесь. Но если этот кабан сломает мою повозку - оплатите мне покупку новой - проворчал возница, доставая красное яблоко из кармана и протягивая лошади. Та с благодарностью приняла дар, громко хрумкая угощением.
Наш небольшой отряд поторопился забраться в наше временное средство передвижения, пока мужичок снова не передумал. Я благодарно кивнул Лаинаре за оказанную помощь. Та слегка улыбнулась, облокачиваясь спиной на деревянную стенку повозки и закрывая глаза. Что ж, можно последовать ее примеру. Смотреть на унылые мертвые пейзажи серединных земель мне совершенно не хотелось. Надеюсь, больше никогда не вернусь сюда.
Я проснулся раньше всех. Талис лежал в обнимку с доспехами в вещевом мешке, Лаинара мирно спала, подложив руки под голову вместо подушки. Вдали уже угадывались очертания Нефиса. Природа радовала зеленью и обилием растительности - после земель с сотнями кишащих тварей все это казалось необычайно родным. Интересно только, когда этот мир успел стать для меня родным? А может эти чувства вызывают мои новые друзья, окружающие меня? Радует тот факт, что пока все складывается хорошо. Главное, чтоб доспехи помогли Селене и вернули ей жизненную силу и память, иначе все наши усилия будут напрасны.
Возница что - то тихо напевал себе под нос, жуя сухую травинку и изредка подгоняя лошадь. Та неохотно слушалась его, переходя на бег трусцой, но тут же замедляясь. Вокруг постепенно наступал вечер, принося с собой прохладный ветерок и ощущение усталости.
Я слегка толкнул чешуйчатого, отчего тот немедленно проснулся, вцепившись в мешок с удвоенной силой.
- С пробуждением, Талис, мы почти на месте - известил я его, широко потягиваясь. Тот с любопытством осмотрелся и с облегчением вздохнул от созерцания родных мест. Ассасинка продолжала спать, предпочитая проводить время с пользой. Из Нефиса уже доносились громкие крики торговцев - зазывал, спешащих распродать свой товар до наступления темноты и закрытия лавок, детский смех и визги, создавая ощущение кипящей жизни, которой порой так не хватало.
Лаинара заворочалась от посторонних шумов.
- О, мы почти прибыли. Какая прелесть! - радостно сообщила она, потирая сонные глаза.
- Возница, будь добр, останови здесь - дальше дойдем своим ходом - попросил чешуйчатый, мельком посмотрев на меня. Что ж, я понял его без слов. Мужичок удивленно уставился на нас, но возражать не стал, потянув поводья на себя и заставляя лошадь замедлить шаг и остановиться на невысоком пригорке.
- Прости, нам нечем оплатить твои услуги, старик - признался я, спрыгивая с повозки.
- Уже все оплачено - буркнул возница, отворачиваясь от нас. Наш небольшой отряд оказался на твердой земле в считанные мгновения, освобождая повозку. Та, скрипнув на прощание несмазанными колесами, двинулась дальше по тракту, медленно растворяясь в сумерках вместе с нелюдимым извозчиком.
- Мальчики, давайте поторапливаться. Хочу принять горячую ванну до наступления темноты - прощебетала кариоланка, подаваясь вперед, но тут же настороженно замирая на месте. И было от чего. В считанных миллиметрах от ее горла, остановилось лезвие моей косы, едва касаясь тонкой и бархатистой кожи ассасинки. Чуть поодаль стоял Талис, крепко сжимая рунный нож.
- Что за юмор, Сатиндор? По- моему, я не давала повода так обращаться с собой, но дала вам слово, что не трону никого - голос ассасинки отдавал холодом и сталью, но страха в нем не ощущалось.
- Никто не говорил, что ты теперь в нашем отряде, Лаинара. Ты нам помогла, но на этом наши пути расходятся. Не думай, что можешь занять место Ферагона - сказал Талис, подходя к ней чуть ближе. Лаинара повернулась ко мне - в ее глазах царило непонимание и обида.
