Ее голос оказался на удивление молод. Если бы кто-нибудь услышал ее с закрытыми глазами, то ни за что бы не подумал, что он принадлежит старой женщине. Максимум — средних лет. Откуда-то из слоев одежды морщинистые руки вытащили небольшую курительную трубку. Неторопливо утрамбовав в нее травы, так же незаметно выуженные из одежды, старушка подожгла их крохотной молнией, и задумчиво затянулась, глядя на яркий окружающий мир. Белесое облако медленно окутало ее, совершенно скрыв из виду.
— Любопытно будет глянуть, что творится нынче в клане. Я, кажется, немного увлеклась культивацией.
Голос старушки стих, и дым, полыхнув энергией, постепенно начал бледнеть, истаивая. Однако, когда он рассеялся — на месте не оказалось никого.
… Клан жил своей обычной жизнь.
Прямо сейчас проходили дружные тренировки молодого поколения в огороженном дворике, под присмотром опытного наставника.
— Хэй! Хэй! Хей! — четкий голос старшего культиватора задавал ритм движений. Зрелище, когда два десятка одетых в одинаковую тренировочную одежду юношей и девушек синхронно двигались, совершая сложные кульбиты, совмещенные с дыханием, по-своему завораживали.
Пара слуг с помощью стремянки, острых ножниц-секаторов, и безграничного терпения придавали пышному кусту недалеко от главных ворот идеальную шарообразную форму.
В другом месте троица пожилых культиваторов расположились за низким столиком, и, прихлебывая ароматный чай, бодро передвигали каменные фишки по расчерченной доске. Не менее шустро исчезали разнообразные сладости и закуски в пиалах рядом с чаем.
На кухне, в просторной пристройке женщины-служанки споро шинковали, жарили, да и вообще наполняли воздух соблазнительными ароматами, от которых могло забурчать в животе даже у абсолютно сытого человека.
В клановой библиотеке пара слуг, под неусыпным контролем высохшего от старости древнего старика переписывали какой-то текст.
И никто не замечал, как воздух слегка мутнел, скрывая небольшую фигуру старушки. Та наблюдала за привычной суетой людей, ничуть не изменившейся с момента ее затворнической культивации.
Один из домов, даже снаружи выглядевший весьма представительно, окружила странная суета. Вереница слуг вытаскивала разнообразные ценности — древние вазы, картины, разнообразные украшения. После чего разносили сразу в несколько сторон. Скрытая едва заметным дымком, старушка проскользнула внутрь дома, все еще не замеченная никем.
А внутри царила разруха. Стены зияли дырами на месте бывших ценностей. На полу — следы от тяжестей, некогда стоявших там. Потолки «радовали» взор голыми крюками и следами от люстр. Лестницы зияли дырами на месте балясин из драгоценного дерева. Дело еще не дошло до отдирания дорогих тканей, затянувших стены. Однако чувствовалось, что разграбление дома идет полным ходом, и до этого этапа осталось недолго.
Кр-р-рак! — с неприятным хрустом обыкновенный хозяйский топор проломил толстую декоративную перегородку между двумя комнатами. Пара мужчин деловито осмотрели обломки, расшвыривая их ногами. Странно было видеть культиваторов четвертого ранга, составляющих командный костяк сил клана, занятых таким примитивным делом. Однако дальнейшие их слова расставили все по своим местам:
— Не тут, — резюмировал один из них, почесав подбородок, заросший рыжей щетиной.
— Действительно, не тут. Но где-то же эта тварь спрятала ценности! Я уверен, что дом наполнен тайниками! За столько лет правящая ветвь по-любому нахапала много чего… — с горящими от жадности глазами отозвался второй мужчина, буквально обвешанный украшениями. Перстни, кольца, серьги, несколько золотых цепей, брошки…
— Эй, брат! Теперь мы — правящая ветвь!
Воздух пошел натуральными волнами, и перед оторопевшими культиваторами появилась старушка.
— А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее, — вежливо попросила она. — Почему сменилась предыдущая правящая ветвь?
— Эй! Ты кто такая, мать твою? — растерянно воскликнул один из них.
— Шпионишь за нами, старая тварь⁈ — поддержал своего товарища второй.
— Мда-а-а, вижу, за время моей закрытой культивации соклановцы изрядно поглупели…
Внутренняя энергия старушки просочилась наружу, придавив мародеров.
— Для вас, мелкие сопли, я не «старая тварь», а великая старейшина Паула.
— Ты… ты же умерла давно? — неверяще пробормотал рыжебородый. А второй не проронил ни звука, усиленно фоня ужасом. Потому что вспомнил, к какой ветви относилась женщина перед ними.
— Это вы так думаете, — хитро усмехнулась старушка, на мгновение обнажив белоснежные, словно у юной девицы зубы. — Ну а теперь, хватит этой ерунды.
Энергетические нити, с отчетливым проблеском стихии молнии впились в мужчин, подвесив их на стену, словно странные декорации. Самое ужасное — не только физическое движение, но и энергетические способности были полностью заблокированы этими нитями.
— Рассказывайте, что произошло! — проскользнули повелительные нотки в голосе старушки.
— Вы не имеете права нас трогать! — завопил обвешанный ценностями культиватор.
— Да! Только совет старейшин имеет право судить основных членов клана… — подхватил его товарищ.
