— Можно и так сказать, — легко согласился Ларт. — Когда я видел его в последний раз, ему едва ли исполнилось восемь. Я тогда некоторое время гостил на горе Восхода и пару раз играл с ним. Не удивительно, что он меня не помнит. Должно быть цвет волос пробудил в нем старые воспоминания.
— Это давно было?
— Ну… Лет сорок назад.
Беседа прервалась. Ларт вновь стал прислушиваться к разговору в павильоне, а Фуи задумался над прошлым. Сейчас человеку-фамильяру шел сорок девятый год, что по заклинательским меркам совсем не много. Получается, они с этим Су Цианом чуть ли не ровесники, но тому посчастливилось встретиться с Лартом аж сорок лет назад. Правда, ненадолго, и он его совсем не помнит. Фуи же в свои восемь лет развлекался целыми днями и валял дурака с соседскими детьми. А вот в десять его отдали на обучение монаху-отшельнику, у которого уже было два ученика. Этот монах многому его научил, хотя сейчас Фуи и понимал, что, обучайся он в академии или хотя бы секте, — узнал бы гораздо больше. Самым важным, что привил ему первый учитель, была тяга к экспериментам и запретным знаниям. За то, во что вылилось любопытство, Фуи теперь расплачивается на собственной пушистой шкуре.
Поразмыслив, Фуи пришел к выводу, что встреть он Ларта вместо того монаха, все могло закончиться еще хуже: если бы он, ребенком, перенял манеру и Лартовское отношение к жизни и некоторым небезопасным вещам, мог бы и не дожить до своих лет.
— Мастер! — громко воскликнула подошедшая Ци Ян. — Что вы хотите на праздничный ужин? Я помогаю на кухне и могу посодействовать!
Ларт, сначала зашикавший на нее за то, что слишком громко говорит и может выдать его шпионскую позицию, все ей простил, услышав продолжение, и расплылся в довольной улыбке.
— Дай подумать… Пельмешки будут?
— Да, мы их уже слепили.
— Что насчет десертов? Лепешки с цветочными лепестками? Заварные корзиночки? Сладкие кунжутные шарики? Оладушки из хурмы?
— Из этого пока только кунжутные шарики. Не обещаю, но постараюсь сделать оладушки из хурмы, ее много на кухне.
— Так ступай же вершить великие дела, дитя мое! — напутствовал Ларт, величественно махнув рукой.
Пламенное солнце медленно опустилось за горизонт, зажглись разноцветные фонари, по торжественно украшенной площади разлилась нежная мелодия циня. Ученические столы с праздничным ужином были расставлены двумя параллельными линиями, напротив которых располагался наставнический стол, за которым сидели мастера секты и приглашенные гости.
Лиэ Ю взял себя в руки и произнес торжественную речь, ученики веселились, наедались от пуза и хохотали. Лиэ Ю опустился на свое место во главе стола и обвел площадь задумчивым взглядом.
«Хочу уехать», — вдруг остро осознал он.
Его удерживали обязательства, но спустя полвека он вдруг понял, что это не более чем путы, которые навесил на себя сам. Мир не перевернется и секта не перестанет существовать, если он уйдет. Все будут жить дальше, Лиэ Ю тоже хочет, наконец, наслаждаться жизнью. Он поднял взгляд на пшеничноволосого заклинателя, сидящего по диагонали от него. Хоть они практически ничего не знали друг о друге, тот являлся единственным человеком, знающим тайну Лиэ Ю. Несмотря на то, что Ларт странный, с ним просто и приятно общаться, и он — странствующий заклинатель. Лиэ Ю никогда раньше не приходило в голову скитаться по миру. В тяжелые времена, когда доводилось оставаться без крыши над головой, он всегда стремился найти место и осесть. Мысль о том, чтобы, наоборот, имея все для хорошей жизни, бросить это и уйти в неизвестность, показалась Лиэ Ю внезапно крайне заманчивой. Однако он никогда не решится на такое в одиночку. Но ведь судьба послала встречу с этим странным заклинателем.
Ларт повернулся и посмотрел прямо в перламутровые глаза Лиэ Ю. Глава секты хлопнул длинными ресницами и поспешно отвернулся, сделав вид, что ищет глазами кувшин с вином. Ларт еще несколько секунд смотрел на него, а затем отвернулся, отвлеченный Су Цианом, настойчиво предлагающим заклинателю выпить. После того, как узнал его имя, распорядитель как с цепи сорвался и постоянно пытался рассказать истории о потрясающем мастере Ларте, о котором с детства слышал от Великого Мастера Академии меча и музыки. То, что он сам играл с Лартом в детстве, распорядитель не вспомнил.
Су Циан разлил вино по пиалам и подал одну Ларту.
— А одной из моих любимейших историй была о том, как вы победили демона горы Дзон, — завел свою шарманку распорядитель.
Ци Ян сидела с учениками секты Полуночного сияния за отдельным столом, но вот Фуи с интересом слушал истории о мастере и подсказывал, когда захмелевший Су Циан терял нить повествования. Ларт подпер щеку рукой и со скукой наблюдал за происходящим, размышляя, как им вписаться в расследование Су Циана и захватить с собой Лиэ Ю. По логике вещей события сами должны выстроиться должным образом, но вдруг от его второстепенной роли требуется какое-то деятельное участие?