- Как здорово, что ты прозрел! – заговорщически зашептал Крис, оглянувшись на дом. – Ты ведь увидел, да? Увидел?
Он смотрел в окно гостиной. Через светлый тюль проступали тёмная фигура профессора, который расположился на своём диване в царственной позе, и фиолетовая Аунфлая, который навис над ним то ли в попытке надавить авторитетом, то ли… Ладно, пусть будет авторитет.
- Увидел что? – устало спросила я.
- Ну как же! Глазные зубы же! А Хов предатель! Ты же должен был увидеть!
- То ли я дурак, то ли лыжи не едут, - я задумчиво попинала какой-то камушек. – Я вообще не понял связи между твоими высказываниями. Как связаны между собой зубы, зрение и профессор Хов?
- Так, пошли отсюда, и я всё расскажу!
Мы забрались в соседний дом, устроились на обломках внутренней стены, и Крис поведал мне великую тайну, которую каждый эльт узнаёт только в день прозрения – когда у него вырастают клыки. А тайна была простой, как три копейки.
- То есть ты хочешь сказать, что когда вырастают постоянные клыки, то эльт получает способность распознавать ложь и видеть суть вещей? – не поверила я. - Насчёт лжи – согласен, но чтобы суть вещей? Это слишком глобально!
Крис поскрёб лоб и смущённо признался:
- Ну… Ладно, большинство видит склонность к поступкам и умеет распознавать эльтов, если они маскируются под людей. Суть вещей может видеть только Триада Безликих судьей.
- Вот, уже похоже на правду…
- Но дело не в этом! Понимаешь, у меня-то клыки выросли ещё летом…
- Это когда ты решил наказать парня за то, что что он мерзавец, и украл книжку? А потом подкинул тому парню и попытался выставить вором его? – невинным голосом уточнила я.
На щеках Криса появились пятна румянца.
- Не перебивай! Так вот, меня этот Хов с самого начала насторожил, но я тогда не понял, что вижу. Он был такой странный, страшный и больной, что я и внимания-то почти не обратил. А потом, в сентябре, понял, что он мне не нравится. Он очень… скользкий, мерзкий, двуличный и…
М-м-м… Он точно про профессора Хова говорит, а не про директора? Я ничего не пропустила?
- Я сначала думал, что мне кажется, но потом поспрашивал остальных. И Билл, и Энни видят то же самое. Мы поискали в газетах, и вот! Он предатель!
Крис вытащил из внутреннего кармана газетную вырезку. С чёрно-белой фотографии, ссутулив плечи, исподлобья смотрел коротко стриженый парень. В тёмных пустых глазах не отражалось ни единой мысли. На лице застыло жуткое выражение осознания неотвратимости, словно привычный мир разбился на такие мелкие осколки, что в жизни не осталось ни смысла, ни места. Наверное, с такими лицами шли под гильотину свергнутые короли. Я не сразу узнала в парне нынешнего профессора Хова. Над фотографией огромными буквами шёл заголовок: «Владыка Златовлас предан собственной Тенью!»
- Это что? – мой голос прозвучал незнакомо, слишком низко и хрипло.
- Читай!
Крис сунул статью мне в руки. Я с трудом переборола желание выкинуть её к чёртовой матери. Узнать прошлое любимого профессора было интересно. Меня интриговали и его странная привязанность к статуе эльфа, и рассказ о том, что он пария в Ордене Золотой Розы, а Мэдог по каким-то причинам считается героем, и странные танцы его друзей, которые те творили ради встреч. Я не спрашивала, потому что история явно была некрасивая и никакого удовольствия от воспоминаний Хов не получал. Но выяснить такие подробности вот так, за спиной… Крису самому не противно?
Посмотрев в горящее жаждой справедливости лицо, я поняла – нет, не противно.
- Читай! – настойчиво повторил Крис и чуть ли не ткнул меня носом в злосчастную статью.
