— Отец, можно я поведу атаку, — спросил вдруг Никон.
— Нет, ты останешься со мной, — неодобрительно посмотрел на него Нейл.
И вот, ощетинившись копьями, грозная лавина железных всадников рысью двинулась вперед. Вернее, левый фланг быстрее набирал скорость, перестраиваясь на ходу. Два полка слились выстроились в клин и набрали скорость, устремившись на вассалов Йохана. Два других полка, напротив центра и левого фланга врага, наоборот, замедлились. Они должны вступить в бой только когда будет прорван правый фланг крестианцев. И вот это произошло. Острие железного клина, утыканное стрелами и теряющее единичных всадников, на полном ходу врезалось в плотину из солдат барона Шварцвальда. Закрутился вихрь, еще пара мгновений и плотину прорвало, поток устремился сквозь правый фланг крестианцев, окружая их. Нейл улыбнулся и поначалу не понял, что происходит. А происходили странные вещи. Из-за холма появилась три сотни всадников в серых доспехах, которые в цепь по одному ударили по потоку прорвавшему правый фланг. Император Тьора, поначалу решил, и правильно решил, что этот резерв Йохана. Но этот резерв должен был быть сметен его атакой. Всадниками в один ряд невозможно остановить поток из двух тысяч кавалеристов. Но атака захлебнулась, его воины увязли. Более того ни в одном месте они не прорвали цепь. А цепь остановив атаку, стала выжимать тьорцев обратно, оставляя после себя трупы атакующих.
Нейл закрыл и открыл глаза, это было невероятно.
Йохан, расположилась на специально собранном для него помосте и с удовольствием наблюдал картину боя. Он полностью переиграл командира противника. Подставил ему слабый бок, и тот клюнул, а затем ударил резервом. Да каким резервом. До этого момента ему ни разу не приходилось видеть воинов ордена Розы в бою. Не иначе тут замешан дьявол, подумал он. Люди не могут двигаться с такой скоростью. Тьорские всадники просто не успевали парировать выпады монахов, движения которых буквально расплывались в воздухе.
Ту же самую картину видел Нейл и был крайне озадачен, настолько озадачен, что потерял нить боя. Упустил момент, когда центр и левый фланг крестианцев двинулись вперед навстречу атаке и навязали бой. Тем временем монахи уничтожили почти треть от двух полков, атаковавших фланг Шварцвальда. Это был разгром.
— Отец, что же нам делать, — голос Никона вывел из ступора Нейла.
Он еще успеет разобраться с феноменом серых всадников. А сейчас нужно перегруппироваться и уйти с наименьшими потерями. Если это еще возможно. Он оглядел поле боя. Монахи сместились в центр, его всадники гибли и отступали. Гибли не только от монахов, на кавалерию сыпался град стрел, поскольку они практически не перемещались и были статичны.
Он приказал трубить быстрый отход. Тьеорская кавалерия дисциплинированно развернулась и понеслась назад. Некоторое количество всадников, упали получив стрелы в спину. Но таких было не много. Все же тьорцы потеряли уже более тысячи солдат. Враг, состоящий в основном из пехоты не смог преследовать их по пятам, боясь разорвать линии. На это и рассчитывал Нейл. Но теперь крестианцы тоже атаковали клином, на острие которого были монахи.
Нейл оглянулся на лес. Но решил не отступать туда. Если там арбалетчики в засаде, то они задержат кавалерию до подхода крестианской пехоты. А пехота имеет преимущество перед всадниками в лесу. Их там просто перережут.
Значит нужно пробиться там, где их не ждут. Он дал команду и его полки тоже стали выстраиваться клином. Клином, острием которого стал он, Нейл. Император вытащил меч и скомандовав атаку, поскакал вперед.
Йохан со своего возвышения наблюдал за перестроениями. Он был уже уверен в победе. Да тьорцы смогли перестроится, и они пошли в атаку. В последнюю безнадежную атаку. Император во главе, какой трагический жест. Но что они могут сделать с монахами, ни один из которых не погиб? Ничего.
И вот два клина сошлись острие к острию. Если раньше удивлялся император тьорцев, то теперь настала пора удивляться императору крестианцев. Нейл в золотых доспехах достиг первого ряда монахов и превратился в золотой вихрь в седле. И если движения монахов казались размазанными, то Нейла вообще почти не было видно.
