Вторжение Эльфов полностью

Рим в полном облачении бодро шёл по лесу, его старший сын Остин следовал за ним. Оба были одеты в прочнейшие монокристаллические доспехи и имели при себе полный комплект колец усиления и амулетов, лучшее на острове оружие.

— Что, готов к экзамену?

— Готов, отец.

— Смотри, ты должен сам его убить.

— Я знаю, медвед сейчас сидит у себя в норе, он только что убил крестьянина, сыт, и не выйдет наружу, даже если будем шуметь, придётся, лезь к нему в нору. Лезть к медведу в нору противопоказано, но иначе придётся долго ждать, пока он проголодается.

— Хорошо.

— Следы ведут сюда, он тащил этого человека тут, а вот и нора. Я сейчас полезу и убью его.

— Помни, медвед очень силён.

— Ты же знаешь, он не прокусит мои доспехи, ничего не случиться пап, я уверен, я уже взрослый, оружие я не выроню, и у меня есть два запасных кинжала. Я готов.

— Что ж тогда иди, расскажешь потом маме и братьям о своих подвигах.

Остин нагнулся и полез в нору к медведу, нора была не столь уж низкой, целая пещера, сантиметров сто двадцать в высоту не меньше. Он влез внутрь и оказался в большой круглой комнате, прямо напротив него лежал медвед, сейчас он проснулся и встал на лапы. Прямо перед ним лежал изодранный труп крестьянина, им питались, также тут было много костей других животных, гоблинов и даже человеческих. Остин выставил перед собой меч, но медвед, чувствуя опасность его оружия, не прыгнул на него сразу, а пошёл по кругу, потом размахнулся и ударил по кончику меча лапой. Остин быстро развернул клинок острой кромкой, и на лапе медведа осталась небольшая царапина, из неё упала капля крови, медвед злобно зарычал и угрожающе выпустил свои семи сантиметровые когти. Тварь боялась его, она шестым чувством чувствовала, что ей не выиграть в этом бою с человеком, слишком мощный и опасный доспех, острый клинок. Медвед медлил, Остин знал, что в идеале надо ждать пока тварь сама прыгнет на тебя, таковы правила охотников, но хищник явно не хотел с ним связываться. Поэтому он сам сделал несколько шагов вперёд, размахнулся, и тут медвед прыгнул на него. Подросток не успел поставить лезвие между собой и чудищем, и меч лишь слегка оцарапав, скользнул по мускулистому торсу твари. Медвед, чувствуя близкую победу, хотел уже сомкнуть могучие челюсти на горле жертвы, но не тут то было, горло мальчика защищали прочнейшие монокристаллические, жёсткие пластины, заговорённые магией. Чудовищные клыки лишь бессильно скользнули по ним, парень отреагировал, достал из-за пояса острый кинжал и вогнал его медведу в бок по самую рукоятку. Медвед отпрыгнул назад, получив страшную рану. Конечно, если бы на месте Остина был бы обычный охотник с обычным снаряжением, за такую ошибку, он бы поплатился жизнью. Но на Остине было лучшее снаряжение, и даже медведу оно было не под силу. Парень встал на ноги, достал из сапога последний свой нож, маленькое, короткое лезвие сантиметров десять всего, последнее, что у него осталось. Медвед не нападал, за спиной у мальчика был выход из пещеры, он мог уйти, потеряв оружие. Но тогда отец назовёт его плохим охотником, слазил в нору к медведу, потерял всё оружие, никого не убил. Парень решился, бросился на тварь в атаку, медвед прыгнул на него, тараня грудью, юноша вогнал ему свой нож по рукоятку в живот, нанёс ещё одну тяжёлую рану, отлетел, но нож не выронил, медвед вцепился ему в шлем и стал драть когтями передних лап. Всё было бесполезно, чудовище не могло победить, человек нанёс ему ещё несколько ударов своим коротким ножом, медведу пришлось его отпустить и отступить. Огромный хищник массой в пол тонны истекал кровью, у него в плече торчала рукоятка длинного кинжала, всё брюхо было располосовано коротким ножом Остина, раны не задели жизненно важные органы, но он терял много крови, слабел. Остин снова поднялся, и, держа нож перед собой, опять встал в боевую стойку, он знал, что ронять оружие нельзя. Медвед сосредоточился и снова прыгнул, вцепился ему в правую руку прямо в кисть, теперь Остин не мог использовать нож, но он размахнулся и двинул хищника в морду кулаком, на костяшках пальцев доспеха были шипы длинной около сантиметра каждый, они оставили на коже медведа неглубокие порезы. Медвед несколько раз рванул за руку юноши, было больно, парень отлетел в сторону и всё же выронил свой последний нож. Медвед отпрыгнул в другую сторону пещеры, и повернулся к нему, готовясь к новой атаке. Но чудовищу не повезло, парень приземлился в аккурат туда, где выронил свой меч, он поднял его перед собой и медвед сходу насадился на него, упал, дёрнулся и испустил дух. Остин тяжело вздохнул, убрал меч в ножны, побродил по пещере, нашёл свой нож, достал из бока твари свой кинжал, вскрыл медведу грудную клетку, достал бесценный экстракт, извлёк его шприцом и наполнил баночку. Потом прошёл к выходу, и тяжело дыша, оказался снова на улице, здесь его ждал отец, Рим.

— Ну что убил?

— Убил, сам.