— А в какой академии обучаются женщины? — Вартис фыркнул в стакан, расплескав добрую половину, и откровенно заржал.
— Ну, ты дал, приятель! — он утёр рот рукавом. — Надо же такое сморозить.
— А что я не так сказал? Или у женщин не проявляется магического дара?
— Дар-то проявляется, да только кто ж им даст его развивать? По крайней мере, официально.
— Это отчего же так? — Колин опешил. Он и раньше задавался вопросом, почему не видит магов женского пола, а виновата, оказывается неприкрытая дискриминация.
— Да кто ж бабу-то до власти допустит?! — искренне удивился Вартис. — Их удел рожать и жрать готовить.
— И что во всём мире не сыщется ни единого мага-женщины?
— Где-то может и сыщется, но без должного обучения всё, чем бабы могут овладеть — целительство и зельеварение. Всё, Колин, утомил ты меня разговорами. Либо давай веселиться, либо я домой пойду. Вон кстати уже и мастер иллюзий пожаловал.
И действительно на небольшом постаменте, где трудилась четвёрка музыкантов, появился высокий худощавый старик в чёрном одеянии.
— Мастер иллюзий? — переспросил Колин, но Вартис только шикнул на него, мол, объяснения позже и затих, как и все присутствующие.
Как заправский дирижёр старик взмахнул руками, и музыканты заиграли заунывную мелодию. Огонь в масляных светильниках «утих», и Колин вдруг почувствовал зуд в районе шрама, как всегда происходило, когда на него была направлена волшба. А затем…
Поначалу показалось, будто прямо перед глазами включилась телевизионная панель, по которой стали транслировать фильм про любовь деревенского юноши к богатой горожанке, но и звуки, и краски, и даже запахи — всё оказалось настолько реально, что если бы Колин не ощущал под задом жёсткой скамьи, непременно бы решил, что всё происходит наяву. Он видел происходящее глазами всех героев одновременно и это, как ни странно, не сводило с ума, а делало картину живой и насыщенной.
Когда представление закончилось, в корчме «разразилась» «кромешная» тишина. Поражённые зрители сидели, боясь лишним звуком спугнуть ускользающее видение. А затем шквал аплодисментов и одобрительных криков зажёг на лице мастера иллюзий улыбку человека неистово влюблённого в своё ремесло.
— Ну как тебе представление? — вывел из ступора голос Вартиса. — Такого не увидишь ни в одном уголке мира. Старик Жаттис последний из тех, кто владеет подобным искусством. Такому больше не обучают.
— Почему, — машинально спросил Колин.
— За ненадобностью, — пожал плечами Вартис. Кому охота развлекать зевак?
— Неужели иллюзии больше ни на что не годны?
— Увы, но это так. Создавая фантомы, маг работает непосредственно с разумом. А как это сделать, если любой мало-мальски владеющий магией с лёгкостью его закроет? Вот и выходит, что иллюзии, кроме как развлекательной, никакой нагрузки не несут.
Вдруг Колин заметил ту же служанку в чепчике, но сейчас поверх её платья был накинут дорожный плащ. Девушка надела глубокий капюшон и шмыгнула на улицу. Колин сказал Вартису, что хочет проветриться и последовал за ней. Он понял, кого она ему напомнила, но следовало убедиться.
Снаружи было пустынно, и мягкий свет уличных фонарей едва рассеивал опустившуюся на Ивокарис ночь. Сержант огляделся, но девушки нигде не было. Дошёл до угла, заглянул в проулок, и вдруг чья-то крепкая рука втянула его во тьму.
— Что… — попытался возмутиться Колин, но рот тут же зажали ладонью.
— Тихо, — раздался из темноты до боли знакомый голос. — Зажги огонёк, но не дури, — сержант почувствовал, как горла коснулось холодное железо.
Отведя руку в сторону, он отдал мысленный приказ и над ладонью затрепетали язычки пламени. Девушка стянула капюшон, затем пышный головной убор, и в неверном свете магического огонька сверкнули знакомые глаза цвета морской волны.
— Айса!!! — радостно выдохнул сержант, но её ладошка вновь залепила ему рот.
— Тсс, — девушка подкрепила слова призывающим к молчанию жестом. — Поговорим в другом месте. Погаси огонь и иди за мной…
— Господин, к вам посетитель, — императорский гвардеец вытянулся в струнку, когда равнодушный взгляд Нгадила скользнул по его закованной в блестящие латы фигуре. Император с головой ушёл в разбор бумаг и потому слова солдата не сразу коснулись сознания.
— Кто? — спросил он, наконец, отложив перо.
— Он представился как Себис из Ивокариса. Прикажете впустить?
Нгадил откинулся на спинку кресла и неторопливо кивнул. Видимо, очередной попрошайка от Элкиана приехал просить военной помощи. Неудивительно, крепость-то взорвана и война не за горами. Но портить отношения с торговой империей пока не стоит. Поэтому вновь придётся выслушивать заискивающие речи и клятвы в безграничной дружбе. Что ж, от слов Нгадилу не убудет.
