Единственное серьезное повреждение нанес дротик, попавший в левое предплечье. Он угодил между лучевой и локтевой костью и застрял в гиперутлероде, как клин в сыром дереве. Локтевой сустав у х_рд тут же перестал сгибаться. Мгновенно заработала запасная лучевая кость, и рука вновь задвигалась, однако крепость тоненькой, как иголочка, запасной кости составляла всего десять процентов от нормы. И когда х_рд приземлилась после прыжка, она неожиданно выронила Рану Хартер, и та покатилась по обледенелой траве, будто выброшенный из поезда труп.
Рикс вскочила на ноги и развернулась лицом к продолжавшей визгливо палить пушке. Дрожащей кистью раненой руки она крутанула регулятор мультигана и обрушила на автоматическую пушку весь арсенал: инфралазер, магнитные снайперские пули, взрывчатые снаряды, залп урановых пуль, фонтаны микроскопических кусочков фольги, от которых воздух вокруг нее заискрился.
Пушка замолчала за несколько секунд до того, как очередная порция дротиков могла настичь рикса. Орудие то ли перегрелось, то ли вышло из строя.
В инфракрасном диапазоне х_рд увидела множество милиционеров, бежавших со стороны центра связи, примерно за километр от нее. Милиционеры бежали пригнувшись, не слишком быстро и очень нервно. Х_рд выпустила по ним еще один залп микрофольги, чтобы вывести из строя любые датчики, способные засечь тепло тела Раны Хартер. Затем она выстрелила в воздух и бросилась к своей утраченной ноше. Подхватив Хартер на руки, рикс побежала дальше. Сверкающие чешуйки фольги летели вслед за х_рд, ветер дул ей в спину, и фольга сыпалась на землю, как металлический снег.
Рикс пробежала по тундре двадцать километров и решила проверить, не ранена ли Хартер. Это стало ее второй ошибкой.
Кожа Раны была покрыта синяками. Термальным зрением х_рд уловила усиление кровотока. Тело реагировало на растяжение лучезапястного сустава. Нижняя губа Раны была рассечена и кровоточила. Ее веки дрогнули и приоткрылись. Только по прошествии времени можно было бы понять, есть ли у нее скрытая травма головы. А потом х_рд разглядела еле видимый при свете звезд в полярной ночи темный кружочек запекшейся крови на форменной милицейской одежде.
Х_рд опустилась на колени. На миг ее ослепила волна странного, жуткого чувства. Она тут же овладела собой и более внимательно осмотрела рану.
Дротик пронзил грудь Раны Хартер насквозь, и хрупкие кальциевые кости грудной клетки не остановили его. Внутри тела дротик должен был бы превратиться в шрапнель, но предназначался для цели, защищенной броней. В груди Раны Хартер не оказалось ничего такого, что оказало бы достаточное сопротивление. Дротик не попал ни в сердце, ни в позвоночник, но проколол легкое.
Женщина дышала часто и неглубоко. Х_рд прижалась ухом к ранке и стала слушать – не раздастся ли красноречивый шелест, говорящий о пневмотораксе. Нет, давление внутри грудной полости не возросло. Кровотечение остановилось?
Х_рд облегченно вздохнула и испытала удивительное, трепетное ощущение, для которого не могла найти слов. Не просто удовлетворение оттого, что выполнен еще один этап операции, нет – это чувство было животным, наподобие сексуальной страсти или успокоительных запахов родной орбитальной станции.
А причина этого чувства, этой всепоглощающей радости была проста: Рана Хартер останется жить.
Война изменила все.
За неделю состоялось несколько заседаний военного совета, во время которых очерчивались главные контуры серьезнейших потрясений на Восьмидесяти Планетах в ближайшие десятки лет.
Для миров Дальних Пределов совет внес изменения в законы о рождаемости и образовании. Следующее поколение должно было стать многочисленнее, предусматривался высокий прирост населения. Сенатор-экспансионист, входящий в состав совета, выступил с предложением, в котором звучали термины типа «заместительное население». На Нару Оксам этот эвфемизм произвел отталкивающее впечатление. Почему бы просто не назвать этих несчастных сиротами?
Однако она проголосовала вместе со всеми остальными. Решение было принято единогласно. За рост рождаемости предполагалось выплачивать щедрое земельное вознаграждение из имперских резервов. На двадцати планетах наиболее многодетным родителям должны были выделять участки девственных лесов. К тому времени, когда сотни боевых кораблей из центра галактики доберутся до мест своей новой дислокации вблизи границы с риксами, малыши – детища демографического взрыва – подрастут и станут десантниками, пехотинцами, заменят технический персонал, втянутый в воронку войны. Это невероятно многочисленное поколение, взращенное на окраинах Империи, предполагалось использовать для заселения уничтоженных городов, а потребовалось бы – и для повторной колонизации выжженных войной планет.
