– Это можно было бы сделать. По предварительной оценке, отключение энергии на три дня, если к этому заранее хорошо подготовиться, приведет к гибели всего лишь нескольких тысяч гражданских лиц, – ответил сенатору генерал. Оксам, слушая его, видела, что для этого человека не существует ничего, кроме холодных уравнений. – Увы, к несчастью, большинство центров связи устроено так, что они способны пережить отключение энергии. Центры связи оборудованы аварийными аккумуляторами, солнечными батареями и автономными генераторами – все перечисленное является частью базового дизайна. Таков гигантский сетевой разум: под удар поставлена вся планета. Отключение энергии не помешает связи между гигантским разумом и риксским кораблем.
При последних словах генерала Оксам ощутила, как Император содрогнулся, разволновался. Она была свидетельницей того, что его сознание склонно к фиксации. Его кошки. Его ненависть к риксам.
Теперь что-то новое было на уме у властелина и меняло его настроение.
И вот оно наступило, мгновение ясности. Нара прочла эмоцию Императора. Она увидела ее четко.
Это был страх.
Воскрешенный Император боялся того, о чем могли проведать риксы.
– Мы не знаем, почему риксы желают связаться со своим гигантским разумом, – сказал Император. – Быть может, они просто-напросто хотят присягнуть ему на верность, быть может, как-то поддержать. Но они посвятили не один год подготовке этой диверсии, рисковали оказаться быть втянутыми в войну. Мы должны предполагать, что у попытки контакта есть какая-то стратегическая причина.
– Гигантский сетевой разум мог завладеть какими-то военными тайнами, которые мы не можем позволить себе потерять, – сказал генерал. – Просто невозможно предположить, что конкретно риксы могли обнаружить на целой планете, напичканной данными. Но теперь мы понимаем, что именно таков был их план изначально: первым делом – посеять на планете гигантский разум, а потом послать крейсер, чтобы он вошел с этим разумом в контакт.
В палате заседаний снова воцарились замешательство, отчаяние и гнев. Советники чувствовали себя угодившими в ловушку, бессильными перед блистательно продуманными замыслами риксов.
– Но вероятно, мы могли бы решить обе наши проблемы одним ударом, – заявил Император и указал на воздушный экран.
На модели звездной системы время стремительно побежало вперед. Стрелочка-вектор, обозначавшая движение риксского крейсера, двинулась к Легису-XV, а навстречу ей потянулась стрелка имперского голубого цвета.
– «Рысь», – тихо проговорила Нара.
– Верно, сенатор, – произнес Император.
– Используя агрессивную тактику, даже фрегат способен нанести повреждения риксскому крейсеру. В особенности – его приемной антенне, – заметила мертвая женщина-адмирал. – Она слишком велика для того, чтобы ее можно было соответствующим образом экранировать, слишком уязвима для кинетического оружия. А в промежутке между боевым контактом и тщательным, систематическим повреждением коммуникационной инфоструктуры Легиса мы смогли бы отрезать для гигантского разума пути к связи с риксами.
– У вас есть оценка возможных жертв для этого варианта, адмирал? – осведомилась Оксам.
– Есть, сенатор. На планете мы разбомбим центры связи и заполним инфоструктуру, образно выражаясь, всяким мусором. Шунтируем основные каналы связи на несколько дней, дабы снизить ширину информационных потоков. Смертность среди гражданского населения будет укладываться в рамки обычной статистики для сильной солнечной магнитной бури. Срочность оказания медицинской помощи снизится, поэтому следует ожидать несколько десятков инфарктов со смертельным исходом и примерно столько же несчастных случаев. В условиях плохой работы диспетчерских служб можно ожидать некоторого числа авиакатастроф.
– А что будет с «Рысью»?
– Фрегат, конечно же, погибнет, и капитан вместе с ним. Величайшая жертва.
Хендерс кивнул.
– Как это поэтично. Получить помилование от Императора – и стать мучеником.
– В честь Лаурента Зая мы будем несколько дней подряд жечь церемониальные костры, – торжественно провозгласил Император.
Двое воскрешенных стояли перед грудой обломков сейфа и искореженными блоками данных, разбросанными по полу библиотеки.
– Он был здесь?
– Да, адепт.
– Риксская тварь нашла его?
– Мы не знаем, адепт.
– Нам ли не знать? – тихо отозвалась адепт Тревим.
Посвященный неловко переступил с ноги на ногу, нервным взглядом обвел стены, хотя все звуковоспринимающие устройства в библиотеке были отключены – и не просто отключены, а физически дезактивированы.
– Тварь не может услышать нас.
Посвященный кашлянул.
– Портативный одноразовый компьютер был спрятан среди списанного оборудования. Лишь несколько Почетных Матерей, изучавших…
Адепт Тревим прищурилась.
– А она не могла пойти путем проб и ошибок?
– Адепт, тут миллионы файлов. Число комбинаций…
– Не безгранично. Не безгранично, если все данные были здесь.
