— Ну, пожалуйста. Вот гляди, это совсем не страшно.
Таня забрала у Тычинки кулёк с печеньем, вынула одно и наклонилась, чтобы положить на её ступню, но Тычинка убрала ногу влево. Таня перенесла руку с печенькой вслед за ногой, но Тычинка изловчилась и перенесла ногу вправо.
— Я прошу тебя. Мне так хочется съесть это печенье с твоей ноги. Всего лишь раз, — она выставила указательный палец, — и я от тебя отстану. Вот обещаю, что не буду приставать к тебе.
Тычинка опять помотала головой.
— А ты можешь сегодня у меня остаться ночевать? Я просто хочу, чтобы сегодня ты у меня опять ночевала в комнате, и мы снова будем лежать под одним одеялом, а ты мне станешь всякие истории про колосный станок рассказывать.
Тычинка покивала. Таня обняла её:
— Ой какая ты добрая и хорошая. Ну, давай положу печенье на твою ступню и съем его.
Тычинка встала и держа кулёк с печеньем, отошла к столу. Таня подошла к Тычинке и опять наклонилась, чтобы положить печенье на её босынь, но Тычинка отошла подальше.
— Ну, давай я положу печенье на твою ступню и скушаю его. А потом мы будем письками тереться.
Тычинка покраснела, закрыла лицо руками и отвернулась. Таня выбрала момент, положила тихо печенье на босынь. Печенье удачно встало, прижавшись к ремешкам босырника. Таня обрадовалась, встала на колени и открыла рот, но Тычинка тряхнула ногой и отошла, оставив печенье лежать на полу.
— Тычиночка, прошу тебя. Ну почему ты такая? Ну не бойся. Я тебя не обижу. Я просто скушаю печенье с твоей ступни.
Тычинка опять помотала головой. Таня вздохнула, смотря на Тычинку стоящую возле окна; голова опущена, глаза скромно и стыдливо прикрыты. Рука держит кулёк с печеньем. Таня откусила от печенья и произнесла:
— Хорошо. Дай хотя бы у тебя ногу поцелую, не трогая свой клитор и не извращаясь, просто один поцелуй в босынь.
Таня подумала, что она откажется, но на удивление Тычинка покивала, стоя у окна. Она закрыла плотно лицо ладонями и отвернулась. Таня ощутила, как забилось быстрее сердце, как зажгло клитор от возбуждения. Таня откусила печенье, подошла к Тычинке и только хотела присесть, вдруг открылась дверь и вошла Настя:
— А что вы тут делаете?
— Блин, Настя, тебя ещё тут не хватало.
— А это что, печенье? А дайте мне.
Она подошла к Тычинке. Та раскрыла кулёк и дала ей одну печененку. Она тут же её откусила и попросила:
— Какое вкусное. Дай ещё одно.
Тычинка раскрыла опять пакет и дала Насте.
Та села на кровать, положила ногу на ногу.
— Настя, может, ты нас оставишь?
— Не — а, — ответила младшая сестрёнка, качая ногой в кухонном сырнике и жуя печенье.
— Настя, — произнесла более грозно Таня.
Настя встала, вышла из комнаты и закрыла дверь. Остались снова тет — а — тет Тычинка и Таня.
— Ну, давай сейчас у тебя ноги поцелую. Ты не бойся. Без всякой пошлости, просто поцелуй в босынь.
Тычинка закивала, закрыла опять лицо руками и отвернулась. Таня подошла и хотела садиться на колени, как дверь опять открылась:
— Тычинка, ты такие вкусные печенья делаешь с такими узорами красивыми. А можешь их нам сделать чуть побольше? — вошла в комнату мама, жуя печенье, отобранное у Насти.
— Тычинка покивала.
Таня же отвернулась к окну, сжала в злобе кулаки и заговорила беззвучно матными словами, смотря на вечернее голубое небо.
Мама вышла из комнаты, а Тычинка поглядела на Таню и пролепетала:
— Я боюсь.
— Да что ты боишься, глупенькая? Я же просто поцелую тебя в ножку и всё. Она снова опустилась на колени, поднесла губы к босыни и поцеловала одну ступню, потом вторую. Затем правую ступню, потом левую. Снова припала к правой, прижала нос, засунула руку под свой подол и начала тереть клитор. Тычинка стала отталкивать нежно Таню и бормотать испуганным шёпотом:
— Всё — всё — всё — всё.
— Подожди, мне так хочется, так хочется, — пролепетала страстно Таня, натирая клитор и ощущая, как её торкнуло приятными ощущениями.
— Таня, Таня, Таня, всё — всё — всё — всё, — зашептала Тычинка ещё напуганее и упираясь слегка рукой в её голову.
Таня ощутила, что кончает и затёрла клитор ещё сильнее. Она ощутила полное удовлетворение, встала расслаблено и сказала радостно:
— А теперь пошли пить чай.
Тычинка закивала.
— Только ты на меня не обижайся, хорошо?
Тычинка опять покивала.
Подошла мама к Тычинке и попросила:
— Дай мне одно печенье, я сношу к Ладе и покажу ей.
Раскрыла Тычинка пакет, дала прямоугольное светлое печенье и прошла следом за Таней на кухню. Мама ушла к Ладе домой, показала ей печенье. Взяла Лада, покрутила и задала вопрос:
— А как это она так колоски на печенье сделала в домашних условиях? И что самое удивительно, что проработаны даже колосковые чешуйки. Насколько я в курсе, даже при изготовлении фабричного печения так не заморачиваются.
Она откусила печенье, расширила глаза и замычала от удовольствия:
— Скажи, чтобы ещё напекла. Это наслаждение.
— Так она сейчас у нас. Можешь сама зайти и спросить рецепт.
Лада крикнула Аише и Гузели:
— Дочки, продолжайте пока вцеплятся без меня. Я сейчас приду.
