— Ни в коем случае. Вы ещё не достаточно взрослые. Вот подрастёте немного ещё, тогда можно будет. А сейчас идите скорее в свои комнаты и вонзитесь там, а бабушка скоро пошлёт вам колоски.
Девочки ушли друг за дружкой и раздались хлопанья дверями.
Мама с бабушкой сидят и обе глядят на свои ступни.
— Ух, — крикнула мама.
— Так, — сказала бабушка.
Обе опять сидят и глядят на ступни.
— Девочки, вы вцепились там? — крикнула мама на весь дом.
— Да, — раздалось глухо из недр дома.
— Да, — раздался детский голос чуть ближе.
— Дочка следи.
— Мама, я слежу.
— Следи строго.
— Мама, я очень строго слежу. Пока всё хорошо. Колоски по твоим ступням и ногтям идут правильно. Даже у меня так правильно не идут, как у тебя.
Мама прокричала снова:
— Дочки, вы вцеплённые?
— Да, мама, — раздался детский голос, где то за стенами.
— Вцеплённые, — прокричала семнадцатилетняя Таня в недрах деревянных перегородок.
— Смотрите не вышибайте и не перецепляйтесь. Бабушка может пустить проверочный колосок каждую секунду.
— Хорошо, мама.
— Ладно, мама.
— Ой, — крикнула опять родительница, глядя на свои ступни и пошевелила пальцами ног.
— Ух, крикнула бабушка.
— Ой, — воскликнула мама.
— Ой, — крикнула бабушка.
Мама спросила:
— А можно я твой колосок сама пущу?
— Конечно, можно, — ответила с улыбкой бабушка.
Мама повернулась к стене и сказала:
— Сейчас я его немного разъярю и потом пущу.
Она запела на весь дом тонкую песню с множеством ласкательных слов, делая лицо то грустным, то весёлым, смешивая на лице и улыбку и грусть, а когда окончила, то крикнула:
— Девочки, пускаю разъярённый колосок. Держитесь там. Сейчас как пойдёт.
Стукнула мама пятками.
— Ой, — раздался вскрик младшей дочки Насти десяти лет.
— Ай, — послышался взвизг старшей дочки Тани.
Бабушка сказала:
— Всё, вернулся мой колосок. Вот он на ногте большого пальца крутиться.
— Пойду и узнаю, как колосок твой по их ступням прошёл, — сообщила мама.
— Давай.
Мама поднялась и ушла в комнату сначала к младшей:
— Как бабушкин колосок?
— Он пробежал сначала по всей правой ноге, потом по всей левой ноги, пролетел по клитору и когда его задел, я аж крикнула, потому что стало невыносимо приятно, после чего он ушёл, видимо, к старшей сестре в комнату, — махнула она рукой в сторону своей открытой двери.
Мама развернулась, зашла к старшей дочери и спросила про колосок. Она сказала:
— Колосок прошёл по всем ногам, а когда прошёл по клитору, то пизда чего то взрыкнула, а я взвизгнула.
— А никаких самостоятельных самопроизвольных вышибаний, вцеплений и перецеплений не было?
— Даже намёка на них, — ответила старшая дочь, помотав головой.
Вдруг мама услышала из общей комнаты крик бабушки. И когда мама вбежала в кухонных сырниках, то бабушка уже задрала подол, а колосок обмотал её клитор.
— Я сейчас кончу, держите мне руки, — закричала бабушка.
Мама завела ей руки за спину, но бабушка начала брызгать из уретры мочой, трясти ногами и орать. Мама побежала за тазом, прокричав:
— Вечно у нас ножные происшествия. Вечно чего — ни будь, случается. Ну ни одного спокойной вечера сука не бывает без ебучих ножных происшествий. Что за такое?
Она прибежала с тряпкой, с тазом и поставила его на всякий случай рядом.
Бабушка с раскоряченными ногами сказала маме:
— Оля, надо бы колосок как то с моего клитора сманить.
— Сейчас поглядим, — ответила мама и присела на пол:
— Ну ка раздвинь шире ноги.
Бабушка запрокинулась на спину, разведя матёрые сильные ляжки.
Мама уставилась на клитор, ставший похожий на обмотанную маленькую сосисочку с залупившимся кончиком.
Мама пододвинула стул и выговорила:
— Сейчас я его попробую сманить на свои ступни, — поднесла она большой палец к клитору и лепечет:
— Колосок, иди на мой ноготь. Милый хороший колосочек. Иди сюда. Мой хороший, мой милый колосок. Иди на мой ноготь, покрутись на нём. Я прошу тебя очень милый хороший мой колосочек, иди сюда на ноготочек. Давай мой милый, иди сюда. Я очень тебя прошу мой ласковый милый колосочек иди на мой ноготь. Покрутись, повертись на нём.
Колосок ослабил хватку, от чего клитор бабушки приобрёл прежний вид. Мама поглядела на правую ступню и сказала:
— Вот он на большом ногте вертится.
Бабушка поднесла руку к половым губам и стала махать:
— Фу, вот это я кончила. Аж клитор после этого огнём горит.
— Конечно, какое колосное напряжение. Надо нам колосок сейчас с тобой перенастроить, а то дочки сказали, что он только по их ногам, как бешеный пролетел, по клиторам дал и был таков.
Сняли платья мама с бабушкой, сели лицом к друг дружке и прижались большими пальцами ног. Закрутила мама соски на грудях. Мычание раздалось в комнате:
— Замычали блядь суки ебучие.
Бабушка закрутила соски у себя.
