Вуаль тысячи слез полностью

Строй-генерал придвинул к нему считыватель, Маннкс жадно его схватил, ознакомился с содержанием и передал Гилллу Фуллому.

— Рано делать какие-то далеко идущие выводы, — мрачно изрек Виэрррент, снова прокручивая запись.

— Согласен, — услышал собственный голос Броннн Палллн. — Сначала я решил показать все это регенту.

— Я бы посоветовал действовать очень осторожно, — мягко сказал Фуллом. — В конце концов, речь ведь идет о Кургане Стогггуле. Всем известно, что случилось с его отцом.

— Что вы имеете в виду? — беспокойно спросил Локкк Виэрррент.

Фуллом повернулся и посмотрел строй-генералу прямо в глаза.

— Из весьма авторитетного источника мне известно, что Веннн Стогггул не сдержал честного слова, данного Кинннию Морке. Вам не хуже моего известно, строй-генерал, что именно он организовал убийство Морки.

— Разговор пахнет государственной изменой, — пробормотал Виэрррент.

— Нет, если это правда.

— Но у вас нет доказательств, — упрямо продолжал генерал.

Старый баскир покачал головой.

— Мы с вами знакомы очень давно, строй-генерал. Возможно, на некоторые вещи мы смотрим по-разному, но я знаю, что вы патриот. Поэтому, надеюсь, вы простите меня, если я скажу, что истинные патриоты не должны быть слепыми.

— Стогггулы всегда славились своим упрямством, — сказал Маннкс.

— Учитывая вышеизложенное, — начал Палллн, — думаю, всем будет лучше, если прим-агентом буду я. — Он взглянул на Фуллома, опасаясь негативной реакции старого патриарха. Однако колючим взглядом Броннна окинул Виэрррент.

— Как бы предосудительно это ни выглядело, — сказал строй-генерал, — у вас недостаточно доказательств против Соррна СаТррэна. К примеру, вы знаете, где находится штаб СаТррэна?

— Можно было бы послать отряд кхагггунов с обыском, — предложил Фуллом, — но проблема в том, что у СаТррэнов несколько складов. Кто знает, в котором из них штаб.

— Ну, на этот вопрос у меня есть ответ, — заявил Палллн. — Там, где была Маретэн Стогггул.

— Но ведь она сестра регента! — вскричал Маннкс.

— Все знают, с каким презрением к ней относится семья, — успокоил его строй-генерал, — регент не исключение.

— Думаете, она захочет помочь? — спросил Фуллом. Повисла неловкая тишина, и снова заговорил Палллн:

— Скорее всего, добровольно она не признается.

Все опять посмотрели на Палллна, и он почувствовал, как у него по спине бегут мурашки.

— Наверное, за Маретэн Стогггул стоит проследить, — сказал баскир, обращаясь к Локкку Виэррренту.

— С Консорциумом Стогггулов надо быть поосторожнее, — посоветовал Виэрррент. — У них много влиятельных друзей и союзников. Если слежка вообще не принесет результата или результат окажется не таким, как предполагалось, не оберешься… — Он не договорил, и все же слова так и повисли в воздухе.

— Нужно действовать очень аккуратно, — задумчиво проговорил Фуллом. — Строй-генерал прав. У нас будет всего один шанс, из которого следует извлечь максимум выгоды. Строй-генерал мог бы приказать кхагггунам пронаблюдать за Маретэн Стогггул.

— На этом этапе подключать кхагггунов неразумно.

Фуллом сложил покрытые веснушками руки на костлявой груди.

— Ну, Броннн Палллн, значит, вам придется стараться самому.

Кажется, Броннн Палллн ждал этого момента всю жизнь. Теперь, когда он настал, баскир не почувствовал ни страха, ни волнения. Решалась его судьба, и он знал, что пришло время действовать.

— Я сам ею займусь, — твердо сказал он. — И поверьте, сделаю это с огромным удовольствием.

Не успел Акктон Бллед стать командиром взвода, как о нем стали ходить устрашающие слухи. Одна из сплетен, впрочем, как и все другие, касавшиеся кхагггунов, переходила из уст в уста, обрастая новыми и новыми подробностями. Касалась она черепа бритвозуба. И не простого, а вида корррай, самого ужасного из тринадцати существующих. Черепа этого в глаза никто не видел, но не в этом было дело. Утверждали, что Акктон Бллед в упорном бою отсек ужасную голову от могучей жилистой шеи. А теперь, как шептали друг другу сплетники, ужасный трофей хранится под походной кроватью, и Бллед якобы беседует с ним каждый вечер перед сном, рассказывая секреты слишком ужасные, чтобы доверять их живой душе.

То, что эту неправдоподобную историю рассказывали совершенно серьезно, свидетельствовало о том, какой страх внушал Акктон Бллед другим кхагггунам.

Олннн Рэдддлин, конечно же, слышал эту историю, причем во многих вариантах, включая тот, согласно которому Бллед ел сырое мясо корррая, когда тот еще бился в конвульсиях. Рэдддлина эти сплетни не занимали. Его заинтересовало лишь то, почему они вообще возникли.

Думая об этом, адмирал вышел из кхагггунского звездолета на каменную дорожку во внутреннем дворе монастыря Теплого Течения. Всего в нескольких километрах лежала сонная, заросшая мхом деревушка Середка.

— Это здесь они прятались?

— Так нам сообщил информатор, — ответил Акктон Бллед, — перед тем, как… э-э-э… замолчал навсегда.

Офицеры шли по дорожке.

— Как долго он умирал? — осведомился звезд-адмирал тоном, каким баскиры спрашивают о стоимости тонны ванадиума.