Вуаль тысячи слез полностью

— Я искала Перрнодт. Похоже, Нит Сэттт тоже ее разыскивает.

— Перрнодт знает, где сейчас укрыта Маасра. Нит Сэттт ищет Маасру, он хочет восстановить За Хара-ат. Без Маасры у него ничего не выйдет. Только откуда ему это известно, мы не знаем.

— Му-Аввул, к сожалению, гэргону нужно не только это, — мрачно проговорила Риана. — Нит Сэттт сам признался, что подталкивает капудаанов пяти племен начать войну друг против друга. Он натравливает одно племя на другое. Уже очевидно, что Агашир готовится к длительной войне против Джени Серии. В этом самый большой вред гэргонов — они хотят полностью уничтожить коррушей и будут со стороны смотреть, как вы убиваете друг друга.

Когда Риана договорила, настала тишина, будто время остановилось. Девушка увидела, как напряглось морщинистое лицо старого Гора. Никто не пошевелился и не вымолвил ни слова. Даже воздух, казалось, пропитался ужасными словами Рианы.

— Настоящая посланница Джихарра! — Му-Аввул сжал ладони Рианы, и она почувствовала на ладонях какой-то предмет. Затем старик заговорил на незнакомом Риане языке.

Девушка вопросительно взглянула на Отнама, и он стал переводить.

«В незапамятные времена, — начал Отнам так же напевно, как Му-Аввул, — пророк Джихарр блуждал по горам, разыскивая Длань Создателя. Наконец он увидел, как свет сливается с тенью, и это божественное слияние не подвластно ни солнечному свету, ни звездному. Так Джихарр понял, что пред ним Длань Создателя, и прижал частичку света, смешанного с мраком, к груди. В сердце у него родилась молитва о единстве, самая священная из всех молитв, которую он передавал детям своим и детям своих детей».

Му-Аввул подождал, пока Отнам закончит переводить, и отпустил ладони Рианы. Девушка увидела маленький блестящий камешек неопределенной формы. Он был темно-зеленым с оранжевыми прожилками, в центре его неизвестный мастер вырезал птицу с широко расправленными крыльями.

— Фулкаан, — почтительно произнесла Мехммер, — спутник Джихарра.

— И его посыльный, — добавил Му-Аввул. — Изображение фулкаана источает силу и джихани.

— Джихани? — переспросила Риана, повернувшись к Отнаму.

— Это значит… — наморщил лоб Отнам.

— Что-то вроде духовного богатства, — вмешалась Мехммер.

Риана кивнула.

— Благодарю вас, — сказала она Му-Аввулу и низко поклонилась, — я буду беречь талисман Джихарра.

— Правильно, береги его, — проговорил Му-Аввул. — И пользуйся.

— Использовать? Но как?

— Со временем узнаешь. — Старец в последний раз взял Риану за руки. — Спасибо, что принесла нам дар пророка. Пусть азмиирха направляет тебя и защищает. — Му-Аввул вернулся в круг. Горы снова склонили головы, переплели руки и продолжили прерванный обряд.

Риана вместе с Отнамом и Мехммер покинула лагерь Горов, пробираясь по запутанному лабиринту улочек. Со всех сторон их окружали палатки, большие и маленькие. Дважды они натыкались на отряды солдат капудаана и поспешно ретировались. Тем не менее, последние пятьсот метров до дворца заговорщики преодолели быстро и без приключений.

— И что теперь? — спросила Мехммер, когда они спрятались в тени огромных полосатых палаток на главной улице.

— Мы так долго думали, как вытащить тебя из дворца, — сказал Отнам. — Только, пожалуй, вернуть тебя обратно будет еще сложнее.

— Не думаю, — заявила Риана. — Каждую ночь ровно в двенадцать черный ход с западной стороны дворца открывают, потому что к Макктуубу приезжает один корруш, который учит его понимать Мокакаддир, — объясняла она. — Думаю, вы знали это и без меня. Ведь этот корруш — один из Горов.

Отнам и Мехммер озабоченно переглянулись.

— Ты ошибаешься, Риана! Ни один из Горов не учит капудаана понимать священный текст.

— Вы уверены?

— Да, — кивнула Мехммер. — Тем более что ни один из Горов не станет приезжать во дворец тайком, да еще в полночь.

— Значит, это кто-то, переодетый под Гора, — предположила Риана. — Теззиг сказала мне, что это Гор.

— Та аджан?

— Да. И ей незачем врать! — воскликнула Риана.

— С каких это пор аджан понадобился повод, чтобы врать?.. — проворчала Мехммер.

Отнам взглянул на небо.

— Судя по положению лун, у нас всего несколько минут, чтобы найти самозванца и остановить его.

— Все это ерунда, — мрачно проговорила Мехммер.

— А если нет? — отозвалась Риана.

Мехммер неохотно пожала плечами.

— Если кто-то и правда притворяется Гором, то мне очень любопытно: кто в Агашире осмелился клеветать на Джихарра и Мокакаддир? И зачем?

— Это очевидно, — мрачно ответил Отнам. — Чтобы привлечь внимание Макктууба.

— Неужели опять треклятый гэргон? Нет, техномаг гэргон не стал бы переодеваться Гором…

— Конечно, нет, — сказала Риана, — гэргоны — оборотни.

Мехммер нахмурилась.

— Что за богохульство вливают в уши капудаану?

Они стали прохаживаться вокруг западной части дворца. Эта часть улицы представляла собой настоящий лабиринт проходов и улочек, заставленных тележками и лотками, торговавшими чем угодно: от сухофруктов до дешевых сандалий, от ожерелий с драгоценными камнями до строгой га'афарры.